Тимоти Зан - Удар кобры

– Не смог бы я сейчас взять двух Кобр, чтобы пробежаться вместе с ними? Я бы хотел все же заполучить одну из таких птиц, по возможности живой. Я больше не буду суетиться.

– Я посмотрю, если это возможно, – угрюмо произнес Бэньон. – Я думаю, что было бы неплохо получить о них побольше сведений.

Капитан Шеферд принял все представленные ему сведения. Была проведена подготовка для моментального взлета. Защитный периметр был удвоен. Ученые работали почти с фантастической скоростью. Организованные две отдельные группы охотников, в задачу которых входило хотя бы обнаружить этих загадочных птиц, с ней не справились. Со страшной скоростью среди ученых и команды стали распространяться некие факты, размышления, догадки, слухи… в результате чего «Менссана» поднялась в воздух, опередив расписание на 12 часов. На этот раз никаких жалоб со стороны ученых не было.

На рынке Харисима, как показалось Йорку, они провели страшно много времени, больше, чем где бы то ни было еще за весь период своего пребывания на Квасаме. И он с облегчением вздохнул, когда их экскурсия по базару стала наконец близиться к завершению. Присутствие такого огромного количества моджои в непосредственном соседстве чрезвычайно нервировало его. Кроме того, ситуация также усугублялась длительным отсутствием Моффа. Йорк с любопытством думал, как же мэр Инглисс объяснит им это. В том, что мэру придется это сделать, как только они покинут базарную толчею, он нисколько не сомневался. Оставшись в сопровождении одного эскорта, контактная команда будет вынуждена «заметить», что Моффа нет, и у Инглисс не будет никакого иного выбора, кроме как придумать какую-нибудь историю.

Йорку вовсе не хотелось ее слушать. Несомненно, она будет состоять из сплошной лжи, к тому же весьма неприкрытой. Исчезновение Моффа оказалось чересчур гладким и слишком хорошо рассчитано по времени, чтобы быть случайным. Естественно, что команда не была готова к тому, чтобы потерять его. Животный инстинкт Йорка подсказывал ему, что для квасаман признать факт исчезновения Моффа было бы все равно, что сказать, куда именно и зачем он пошел. Чем больше квасаман видел Йорк, тем более внимательно слушал уклончивые ответы Моффа на их вопросы, и все очевиднее становилось для него то, что им хотели или не хотели показать. Постепенно, несмотря на все предпринимаемые местным населением предосторожности и чрезмерную подозрительность, картина, которую можно было бы охарактеризовать одним словом, становилась ему все более и более ясной. Этим словом было «паранойя». Неясно, правда, пока оставалось то, где, на каком этапе их истории, возникли предпосылки к тому. Сейчас для Йорка имело значение только то, что раньше он уже сталкивался с параноидным мышлением, и поэтому хорошо знал, как работает параноидальный ум. Простой факт отсутствия Моффа не давал ему ровным счетом никакой информации, однако квасамане этого не знали. Скорее всего они решат, что весь их план, интрига или чертов прием, который они хотели бы до поры до времени сохранить в секрете, находится под угрозой, следовательно, им придется начать действовать раньше намеченного срока.

А Йорку этого совсем не хотелось. Если Мофф что-то задумал, все равно что, для всех, причастных к этому, было бы куда безопаснее, если бы все происходило гладко и точно по графику. Черт тебя побери, Мофф, возвращайся немедленно назад, – подумал он. – Возвращайся и продолжай считать, что контролируешь ситуацию.

Он настолько был погружен в свои тщательно скрываемые от окружающих поиски Моффа, что совершенно не заметил, из-за чего разгорелась драка.

Он вернулся к реальности, только когда внезапно почувствовал на своем плече грубую хватку одного из помощников Моффа, который остановил его у самой границы круга, образованного людьми, на краю рыночной площади. Окруженная толпой площадка была не более 20 метров шириной, внутри находилось два человека, которых разделяло расстояние, не превышающее пяти метров. Оба они со свирепым выражением на лицах стояли друг перед другом и были без птиц.

– Что происходит? – спросил он квасаманина, все еще удерживающего его руку.

На его вопрос ответил Инглисс, который находился через два человека от Йорка.

– Дуэль, – сказал он. – Было нанесено оскорбление, брошен и принят вызов.

У Йорка во рту все пересохло, когда он увидел висящие на ремнях противника пистолеты и толпу собравшихся зевак, состоящую не менее чем из двух сотен людей. Нет, вряд ли они станут стрелять здесь…