Роберт Сильверберг - Стархэвен

Сверху было голубое небо, покрытое вполне правдоподобными пушистыми облаками. Ярко светило солнце. И хотя он отлично понимал, что солнце, скорее всего, было на искусственном дейтерии, в какой-то момент ему показалось, что это настоящая звезда.

Далее намека на металлическую оболочку планеты заметно не было. Она находилась на расстоянии десяти-двенадцати, а может, даже двадцати миль над поверхностью земли и была специально задекорирована под настоящее небо. “Инженеры, создававшие этот мир, — подумал Мантелл, — отлично знали свое дело, неважно, какими законами они при этом руководствовались и каким целям служили”.

— Вам нравится наша выдумка? — спросил Мантелла один из охранников. Наверное, он принимал в этом строительстве личное участие и гордился этим.

— Довольно убедительно. Если не знать про крышу над головой, так и не поверишь в нее.

— Еще узнаете, — ухмыльнулся второй охранник, — когда Космический патруль решит до нас добраться. Правда, они не делают этого уже тридцать лет, с тех пор как Бен Зурдан создал Стархевен.

Тихо покачиваясь по полю, к ним подкатила наземка. Она остановилась почти у самых ног Мантелла, маленькая каплеобразная машина, чей водитель терпеливо ждал, пока Мантелл и его свита не забрались внутрь. Мантелл оглянулся назад и увидел, как вдоль громадного стархевенского лайнера прокатился портальный кран, с помощью которого из трюма чудовища вытянули крошечный космический корабль, на котором его выловили в космосе.

Он нервно облизнул губы. Мысль о предстоящей психопробе его мало прельщала, даже если ее проводил сам Эрик Хармон.

— В резиденцию Бена Зурдана!

Когда машина начала прокладывать себе путь среди перегруженных транспортных магистралей и заторов деловой части города, он поразился высокому уровню механизации такого мирка, как Стархевен, планеты, чрезвычайно популярной среди преступников.

“Людей вроде меня”, — подумал он.

Когда он мысленно проследил путь, который привел его на Стархевен, эту мертвую точку, планету — ренегат, последний оплот изгнанников из других миров галактики, где к законам относились с большим уважением, он постарался убедить себя, что он не преступник, что его сделали козлом отпущения и вынудили пойти на кражу.

Но убедить было не так-то просто. Его так давно исключили из уважаемых членов общества, что он почти поверил в свою вину. Теперь у него будет уйма времени, чтобы окончательно свыкнуться с ролью преступника. Стархевен гарантировал таким людям безопасность, и еще никто из них не отважился его покинуть. Это, наверное, было единственное место в галактике, где человек благоденствовал в полной безопасности, не заботясь о завтрашнем дне.

Машина вынырнула напротив громадного административного здания, которое возвышалось над всеми другими строениями в городе. Мантелл в сопровождении эскорта вступил на эскалатор, его попутчики держали оружие наготове, не оставляя ему выбора.

— Вы соблюдаете этот этикет для каждого вновь прибывшего? — спросил Мантелл.

— Для каждого, без исключений.

Повинуясь сигналу фотореле, дверь плавно скользнула в сторону. Три человека ожидали Мантелла в кабинете, убранном словно для приема Президента Галактической Федерации.

Один из них был немолодой сухощавый человек в белом смокинге, усталое лицо было буквально изрыто крошечными ямами и каньонами. Должно быть, это и был Эрик Хармон, отец психопробы. Справа от ученого стоял рослый, свирепого вида мужчина в театральной, из лилового синтетического шелка рубахе и ярко-желтых брюках, совершенно лысый. На вид ему было лет сорок или чуть больше. Энергия и властность били в нем ключом. “По-видимому, это и есть сам Бен Зурдан, основатель Стархевена и всей здешней гильдии дарований”, — подумал Мантелл.

А третьей была девушка с лиловыми, как рубаха на Зурдане, волосами и глазами цвета бело-голубых солнц, сияющими как чистой воды бриллианты. Она казалась лучшим украшением богато убранного кабинета.

— Вы Джонни Мантелл, не так ли? — сказал Зурдан. — Вы прибыли сюда в поисках убежища? — Его голос, как и следовало ожидать, был густым и басовитым.

— Да, это так, — подтвердил Мантелл.

Зурдан указал на доктора Хармона, который стоял, балансируя на своих слоновьих ногах, словно собравшаяся упасть сморщенная черносливина.

— Эрик, я полагаю, ты возьмешь мистера Мантелла в лабораторию и проведешь обследование в полном объеме, — он в упор глянул на Мантелла и добавил: — Конечно, вы понимаете, мистер Мантелл, что эта вынужденная мера предосторожности часть нашей повседневной работы.