Дэвид Брин - Глина

Отлично, подумал я. Но какое отношение это все имеет ко мне?

Телефон Пэла не отвечал, молчал и наш секретный почтовый ящик. Ни один из четырех вторичных дитто не отвечал на срочный сигнал вызова. Я знал о судьбе лишь одного — верного Эбенового, мужественно оставшегося на своем посту, боровшегося до последнего, пока упавшая с неба ракета не разнесла его керамическое тело на кусочки.

Я взглянул на разделительный экран. Снять и сообщить моей спутнице о том, что произошло? Но как человека, занимающего довольно высокий пост в «ВП», Риту уже, вероятно, поставили в известность о попытке диверсии. Или же задача этой копии сведена только к сбору информации об отце, и новости просто не доходят до нее?

А может, она все знает и предпочитает оставаться за шторой. Слухи, распространяемые по Сети, уже назвали меня главным подозреваемым по делу о диверсии против «Всемирных печей». Так что же делать? Постараться объяснить Риту? Попрактиковаться перед ней до того, как заявить о своей невиновности полиции?

Мое внимание привлекли два огонька. Фары. Я неохотно сбросил скорость и… сбросил еще. В этих огнях было что-то странное. Их положение на дороге… Может быть, дорога как-то изгибалась в этом месте…

Но нет, никакого изгиба… Я продолжал держаться как можно ближе к краю, инстинктивно собираясь разминуться со встречной машиной по правилам. Но дорога вдруг сдвинулась! Нажав на тормоза, я еще больше сбавил скорость. Надо проконсультироваться с компьютером.

Встречная машина была уже близко! Мчавшийся мне навстречу идиот почему-то забыл о правилах движения. Он ехал по левой стороне. Лишь в последнюю секунду я круто взял влево, и мы разошлись на несколько сантиметров!

Мое «вольво» занесло, заскрипели и задымились покрышки. Черт возьми, надо быть повнимательнее. Не зря Клара всегда садилась за руль, когда мы отправлялись куда-либо вместе. Моя восхитительная Клара… ее ведь даже некому утешить, если я погибну.

Я уже представлял, как сорвусь в какой-нибудь овраг и закончу жизнь так, как закончил ее Йосил, но тут моя старушка остановилась точно посредине двухполосного шоссе, светя фарами прямо в того придурка, который едва не стал причиной аварии.

Из другой машины кто-то вышел. Я видел лишь темный силуэт на фоне светящегося неба. Я тоже собирался вылезти и выразить парню свое мнение о его способностях, но вдруг заметил, что он держит в руке что-то длинное и тяжелое. Заслонившись рукой от бьющего в глаза света фар, я напряг зрение. Незнакомец поднял то, что держал, замахнулся…

— Черт! — выругался я, одновременно врубая вторую скорость и вдавливая педаль газа.

Инстинкт требовал повернуть руль, выкрутить колеса и объехать безумца, но урок, преподанный однажды Кларой Альберту, не прошел зря.

Основной принцип боя.

Иногда твоя единственная надежда — это с криком броситься вперед! И надеяться на лучшее.

Выбранная мной тактика явно смутила нападавшего, отпрыгнувшего назад и налетевшего на капот собственной машины. Я зарычал и еще сильнее нажал на газ.

В ту долю секунды, которая разделила две машины, я понял сразу несколько вещей.

Боже, это же Эней Каолин!

И он собирается выстрелить в меня.

Но независимо от того, какое оружие у него в руках, я все равно успею раздавить этот жалкий комок глины.

Слабое утешение. Что-то вроде молнии ударило из предмета, который Каолин успел поднести к плечу, и моя машина вспыхнула. За вспышкой последовала боль.

Но прежде чем погрузиться в темноту, я успел увидеть, как платиновый дитто взмахнул руками и открыл рот, издав не услышанный мной крик отчаяния.

О чем я подумал, когда очнулся? Не о той тесной трубе, в которую меня сунули. Меня столько раз ловили, загоняли, втискивали и укладывали, что я уже не обращаю внимания на такие мелочи. Нет, я подумал о другом — я не должен был спать. В конце концов, я же дитто. И у меня нет времени на слабости и капризы, ведь часики-то тикают.

И тут на меня нахлынуло…

Я торопливо пробирался вдоль забора на территории поселка, созданного для слуг Энея Каолина, переступив через брошенный велосипед. Я задумался над тем, куда мог так спешить двойник Йосила Махарала? Почему последний голем изобретателя сбежал, а не стал помогать в решении загадки смерти своего создателя?