Дэвид Брин - Глина

Он еще не закончил говорить, а я уже запечатлел всю сцену с помощью имплантата в моем левом глазу.

Для внутреннего использования.

Может, придется стереть.

— А теперь пойдемте к тому порталу, о котором я говорил.

Все еще пребывая под впечатлением предупреждения, мы с Риту молча следуем за ним мимо шеренг современных янычар, неподвижных и бессловесных, как статуи. Вблизи осознаешь, какие же они большие! В полтора раза крупнее средних людей. Все дело в дополнительных энергетических клетках, обеспечивающих силу, выносливость и более широкий спектр сенсорного восприятия.

Большинство из них широкоплечие, с крепкими руками и ногами, но я всматриваюсь в лица, ища сходства с Кларой. Наверняка она тоже служила матрицей, передавая свои навыки и боевой дух десяткам, а то и сотням воинов. И надо же, даже не сказала мне!

Риту продолжает донимать Чена вопросами.

— Я думаю, что опасность, намного большая внешней, исходит от тех, кто сидит наверху. Что, если Додекаэдрон, или президент, или даже Главный протектор… что, если кто-то из них решит, что демократия слишком неудобная штука. И вот миллион боевых големов рассеиваются по стране, захватывая города… переворот…

— Несколько лет назад был триллер с похожим сценарием, помните? Отличные эффекты, сплошной экшн… Орды керамических монстров, сокрушающих все и всех… кроме, разумеется, героя. Его они как-то не заметили!

Чен смеется и указывает на окружающие нас роты.

— Честно говоря, все это притянуто за уши. Не забывайте, что они скопированы с вполне благопристойных граждан в полном соответствии с инструкциями. У них наша память и наши ценности. Трудно представить, что переворот осуществят ребята вроде меня и Клары, считающие демократию как раз тем, что надо.

— А как насчет закодированных программ самоуничтожения?

Чен качает головой:

— Нет, забудьте обо всех этих так называемых «предохранителях». Если не верите в военные уставы и профессионализм, то поверьте в логику.

— В какую логику?

Чен похлопывает по плечу ближайшего боевого голема. Возможно, импринтированного его собственной душой.

— В логику неизбежного конца, мисс. Даже при всех своих дополнительных энергоклетках боевой дитто не продержится более пяти дней. Самое большее — недели. Как после этого удержать захваченный город? Маленькая группа заговорщиков физически не в состоянии импринтировать такое количество копий. А большая в наши дни вряд ли сможет подготовить столь масштабное предприятие втайне от властей.

— Нет, назначение глиняной армии состоит в том, чтобы погасить первый шок внезапного нападения противника, а защищать себя и цивилизацию придется уже людям: Только они могут бросить в затяжной конфликт достаточно свежих душ и настоящей отваги.

Чен пожимает плечами:

— Но ведь так было всегда.

Риту нечем ответить, а я молчу. Чен поворачивается и идет дальше, мимо все новых и новых полков, выстроившихся друг за другом, и мы в конце концов теряем им счет, пораженные бесконечной вереницей немых стражей.

Риту чувствует себя здесь неуютно. В пустыне она была покладистым и приятным спутником, но сейчас кажется отстраненной и заметно нервничает. Возможно, из-за того, что у нее с дитто часто возникают неприятности. Ее двойники непредсказуемы, Иногда все проходит хорошо, и тогда големы помогают ей, исполняют все поручения и вечером возвращаются домой для разгрузки. Другие же таинственным образом исчезают, посылая ей загадочные и дерзкие сообщения.

— Можешь представить, каково стать объектом насмешек того, кто знает самые интимные твои мысли?

— Тогда зачем вообще делать копии? — спросил я, когда мы шли через пустыню.

— Разве непонятно? Я же работаю на «Всемирные печи»! Я выросла на этом. Другим я не занималась. А без двойников никакой бизнес в наше время невозможен. Так что каждое утро я отправляю по делам пару големов и надеюсь на лучшее.

Но при этом, когда предстоит важная встреча или когда нужно сделать что-то без ошибок, я предпочитаю заниматься этим лично.

Значит, и путешествие к домику отца для расследования обстоятельств его смерти тоже важное дело. Когда я пригласил Риту, она решила пожертвовать на это одним днем своей настоящей жизни. Но одним днем все не ограничилось. После того как Каолин устроил нам засаду на дороге, мы отклонились в сторону и движемся к цели обходными путями. Ее это, должно быть, ужасно огорчает.