Дэвид Брин - Глина

Что бы это могло значить?

Возможно, я пришел бы к очередному выводу уже через пару секунд, но мой взгляд упал вдруг на одиноко бродившую по пепелищу фигурку, разгребавшую палкой угли. Что-то в ее изящном спортивном сложении показалось знакомым.

В ответ на мой взгляд «пузырь» увеличил объект.

Поначалу я принял ее за дитто — в нейтрального цвета брюках, с убранными под кепочку волосами, серым от пепла лицом. Но потом, когда какой-то Эбеновый уступил ей дорогу, мне стало ясно, что она реальная.

Камера наехала еще ближе, и рядом с фигурой появился идентификационный значок:

Вот уж не думал, что так расчувствуюсь.

— Клара, — пробормотал я, вглядываясь в ее строгое лицо с выражением печали, злости и недоумения.

— Последний пароль принят, — сказала Нелл, реагируя на единственное произнесенное мной слово. — Доступ к каше разрешен.

Я взглянул вправо. Лицо Нелл исчезло, а вместо него появился каталог содержания. Голос Нелл продолжал:

— Первое: ваш запрос относительно голема, вторник, 13.45. Вы просили об официанте, уволенном с работы из ресторана «Ванадиевая башня». Сведения о нем прилагаются. Он подал протест в АТС…

Официант? Ресторан? О, я уже забыл об этой мелочи.

— Непосредственно от Малахая Монмориллина, инспектора Блейна, Джинин Уэммейкер, Томаса Факса…

Черт. Если бы только Альберт принял звонок от Пэла, пытавшегося предупредить его о заговоре с участием вторничного Серого… если бы… — то меня не было бы сейчас здесь. Я бы провел день, как свободный Франки, показывая фокусы детишкам или отыскивая того неуклюжего официанта. Пока не развалился бы на части.

— Я могу воспроизвести запись последнего звонка вашего оригинала, сделанного Риту Махарал. Речь шла о совместной поездке в дом ее отца в пустыне. Что такое? Поездка вдвоем? Я вдруг задрожал. С Риту Махарал… в пустыню? И тут передо мной что-то забрезжило. Я начал понимать. Альберт мог отправиться лично, замаскировавшись под Серого.

Если так, то подозревал ли он о том, что дом под наблюдением? Если да, то уловка удалась. Он всех одурачил, заставив поверить, что находился в доме в момент взрыва. Поразительно! Конечно, возможно, что-то пошло не так, но… не исключено, что Альберт жив!

Хорошая новость, да? Я мог сбросить с себя тяжкое бремя — необходимость в одиночку докапываться до правды. Может быть, сам Альберт и дюжина его верных двойников в этот самый момент уже идут по следам злодеев, смыкая круг в твердой решимости отомстить за сожженный сад. И все же… меня охватило такое чувство, словно что-то ушло. Какое-то время я ощущал свою незаменимость, я играл важную роль. Моя недолгая, жалкая жизнь обрела смысл, значение. Правосудие зависело от того, добьюсь ли я успеха. Мой выбор мог повлиять на судьбу человечества. И что теперь?

Что ж. Мои обязанности просты. Послать отчет. Описать все, что я узнал, и предложить свои услуги тем, кто лучше меня.

Но это совсем не так романтично, как сражаться в одиночку.

Решение пришло, пока я смотрел, как Клара бродит по руинам. Озабоченная судьбой Альберта, а не тем, как идет ее война. Если Альберт жив, он даже не потрудился связаться с ней. Даже не сообщил, что с ним все в порядке!

Может, он предпочел общество прекрасной наследницы Риту Махарал?

Ублюдок.

Иногда надо отойти в сторону, чтобы увидеть себя таким, какой ты есть. Или, еще лучше, стать кем-то новым.

Что ж, возвращаюсь к настоящему. Моя история рассказана. Одну копию отправлю в каше… на случай, если какой-то Альберт пожелает выслушать.

Краткий отчет отошлю мисс Риту Махарал. Она последний наниматель Альберта и, полагаю, должна узнать мое мнение: Эней Каолин — опасный безумец.

Но вообще-то я делаю это для Клары. Это из-за нее я остался под чадрой на десять лишних минут, записывая краткое изложение всего, что видел и слышал за последние два дня. Я делаю это, не обращая внимания на мольбы малыша Пэла, предупреждающего, что каждая лишняя секунда грозит нам опасностью. Нас может обнаружить Каолин или некто неизвестный, некто похуже Каолина.

Ну и пусть. Возможно, мой рапорт не имеет никакого значения. Я разгадал лишь несколько фрагментов головоломки. Дело не завершено.

Может быть, я только продублировал работу кого-то другого, какой-то версии «меня».

Черт, я даже не знаю, куда идти… хотя кое-какие мыслишки у меня есть.

И все же я скажу тебе одну вещь, Клара.

Пока эта душонка живет, я буду помнить тебя. До того момента, пока не попаду в рециклер, у меня есть нечто… и некто, ради чего и ради кого стоит жить.