Дэвид Брин - Глина

Выражение лица Махарала показало, что я попал в точку.

— Да? Эней Каолин убил вас реального?

Полиция не обнаружила на месте аварии никаких следов того, что дело нечисто. Но в поиске этих следов копы принимали во внимание сегодняшнюю технологию. Эней Каолин владел завтрашней.

— Как всегда, вам не хватает глубины, мистер Моррис. Как и бедняге Энею.

— Да? Тогда попробуйте объяснить, профессор. Начните с того, зачем я здесь. Хорошо, у меня получаются неплохие копии. Но каким образом это поможет вам решить великие проблемы души?

Он закатил глаза и пожал плечами — выражение усталого презрения, если верить модели Смерша-Фокслейтнера. Махарал не просто завидует способностям. Он по-настоящему ненавидит меня! Поэтому ему нужно подчеркнуть разделяющую нас интеллектуальную пропасть и минимизировать мою человечность.

Заметили ли это мои другие «я»? Должны были.

— Вам не понять, — пробормотал он, возобновляя свои приготовления.

— Не сомневаюсь, что вы говорили это и другим захваченным вами Альбертам. Но почему бы хоть раз не попробовать объяснить? Почему не предложить мне сотрудничество вместо того, чтобы превращать меня в подневольного участника мучительных экспериментов? Науку не делают одиночки. Каковы бы ни были причины вашей изоляции…

— Это мои причины, Альберт. И они вполне основательны, чтобы оправдать любые средства. — Махарал повернулся и устало посмотрел на меня. — Сейчас вы засыплете меня моральными аргументами, доказывая, как это плохо, обращаться подобным образом с другими мыслящими существами. Но ведь вы не проявили такого же отношения к вашим собственным дитто! Ни разу не потрудились расследовать случаи исчезновения, которых было немало за последние годы.

— Но… Я же детектив. Мне приходится отправлять двойников в опасные предприятия. Рисковать. Я привык думать…

— Вы привыкли считать их расходным материалом. Их потеря для вас не более горька, чем потеря одного неприятного дня жизни для наших предков. Что ж, это ваша привилегия. Но только не называйте меня чудовищем, если я пользуюсь этим.

— Я называл вас чудовищем?

— Несколько раз, — с каменным лицом ответил он.

Я задумался.

— Хм, значит… процедура будет болезненная. Очень.

— В общем, да. Извините, мне жаль. Но есть и хорошая новость. У меня появилось основание надеяться, что на этот раз все пройдет гладко.

— Вы улучшили метод?

— Частично. И обстоятельства изменились. Ваша Постоянная Волна, как я полагаю, будет более податливой… более мобильной. Ведь теперь она уже не прикована к органической реальности.

Мне это не понравилось.

— Как это «не прикована»? Что вы имеете в виду?

Махарал нахмурился, но я видел, что он испытывает удовольствие. Возможно, он и сам не вполне сознавал, какую радость ему доставляет то, чем он спешил со мной поделиться.

— Я имею в виду, мистер Моррис, что вы мертвы. Во вторник ночью ваше органическое тело испарилось в результате ракетной атаки на ваш дом.

— Атаки? Что…

— Да, мой бедный артефакт. Как и я, вы теперь — как это? — да, призрак.

Внутри «Салона Радуги» царило непривычное запустение. Оставленные включенными голофлэшеры освещали танцзал и гладиаторскую арену, превращая ее в подобие мультимерной картины Дали, пейзаж с эротическими фигурами, наделенными извращенной фантазией автора явным избытком половых органов. Сейчас эти фигуры казались какими-то жалкими, им явно не хватало фона, жаркого ритма керамопанка. Заведение увяло без толпы, без сотен спрессованных в один шевелящийся ком дергающихся разноцветных тел, настроенных на ультрачувственность, как захваченные гормональным взрывом тинейджеры.

— Интересно, кому достанется «Радуга»? — задумчиво пробормотал Пэллоид. — Как ты думаешь, у Ирэн есть наследники или она оставила завещание? А может, все пойдет с аукциона?

— А что? Хочешь стать хозяином таверны?

— Соблазнительно. — Он спрыгнул с моего плеча на барную стойку, широкую, сделанную из покрытого толстым слоем лака тика. — Но, по-моему, я не тот тип, который здесь нужен.

— Хочешь сказать, тебе недостает терпения, концентрации или такта? — уточнил я, оглядываясь по сторонам.

Чего здесь только не было — тюбики, пузырьки, бутылки, краны, раздаточные автоматы. Здесь посетитель мог получить все, что угодно, — интоксиканты, эйфорики, стимулянты, миопики, стигматики, зилотропики, истерикогены…