Э. Грант - «Если», 2004 № 03

Разумеется, он ничего подобного не сделал. Кин в конце концов поняла, что Джало заранее приобрел билет на вымышленное имя и спокойно уселся на свое законное место.

Прошло двадцать пять дней. Главной Линии уже не было; ее втянул в себя, наматывая на барабан, линейный геостационарный спутник, который потом отправили в трюм грузового корабля. На всей планете оставалось лишь несколько косметических команд, наводивших порядок у антиподов.

Вокруг Кин, которая стояла на вершине холма в самом сердце буйных, переплетенных лианами джунглей, простиралась влажная, курящаяся, благоухающая земля без малейших следов человеческого присутствия. Прямо под ее ногами (на обратной стороне планеты, через восемь тысяч миль) люди, роботы и машины споро демонтировали последнее оборудование, торопясь загрузить самый последний шаттл. Мир следовало оставить девственным для первопоселенцев.

Невзирая на внешнюю суету, это была четко спланированная ретирада. Последними новый мир покинут чистильщики, уничтожив непредусмотренные проектом колеи и выбоины, протоптанные тяжелыми башмаками тропинки и проплешины. В одном из рекламных фильмов Компании однажды показали сюжет о том, как последний работник покидает новую планету. Этот человек начал было подниматься на лебедке по Линии, но внезапно встрепенулся, оглянулся… дал задний ход и старательно затер собственные следы. Трюк, разумеется, но очень близок к истине.

Это хороший мир, подумала Кин.

Лучше, чем Земля.

Однако и на Земле, как говорят, теперь уже гораздо лучше; население возросло до трех четвертей миллиарда, и людей при этом заметно больше, чем роботов. Да, намного лучше, чем во времена ее детства… Хотя Кин давным-давно избавилась от своих ранних воспоминаний, но кое-что все же сохранила.

Самое старое воспоминание… Холм, похожий на этот, но окруженный сумрачной пустошью, над которой колыхались призрачные ленты тумана; красное солнце уже почти зашло за горизонт. На вершине холма, куда привела ее мать, собралась не слишком большая и не слишком густая толпа: население доброй половины страны, все целиком, и большинство присутствующих составляли роботы. Один из них, универсал восьмого класса, весь в многочисленных шрамах сварных швов, подхватил ее и усадил себе на плечи, чтобы Кин было лучше видно.

Танцоры — все как один — роботы, но на скрипке наяривал человек. Над пустошью мелькали летучие мыши, по торфу топотали металлические ноги. Тумп, тамп, томп, тумп, точно в такт. А разве могло быть иначе? Роботы не люди, чтобы спотыкаться и мешкать.

На Земле чересчур много дел и слишком мало человечества. Роботы трудились для людей не покладая рук, кормили их, поили, одевали, устраивали праздники, поддерживая вековечные традиции. Роботы знали, что им следует делать изо дня в день, из года в год, пока человек вновь не возьмет в свои руки бразды правления… Шаг вперед, шаг назад, поворот, прыжок. Вертясь, раскачиваясь и подпрыгивая, роботы плясали под скрипку своего ремонтника Морриса.

Глядя на их темные, отсвечивающие металлом фигуры на фоне пылающего заката, девочка Кин Арад приняла первое в своей жизни решение. Люди не должны исчезнуть с лица Земли, никогда! Но сделать это будет очень трудно, а без роботов вообще невозможно. И Кин решила присоединиться к Компании…

Первый из больших глайдеров неуклюже чиркнул по верхушкам деревьев, вспахал траву на поляне, ткнулся в кряжистый ствол, развернулся и замер. Через пару минут открылся люк, и она увидела фигуру мужчины. Ловко спрыгнув на землю, первый колонист воздел руки к небесам и опустился на колени, за ним появились еще двое мужчин и три женщины. Они стали озираться по сторонам и наконец заметили Кин.

Она готовилась к этой встрече. Теперь ее кожа была серебристой, в пышных смоляных волосах сияли неоновые пряди. Кин накинула на себя длинный царственно-алый плащ. Ветра не было, но плащ картинно развевался за ее плечами под действием электростатических зарядов (никогда не стоит пренебрегать деталями, если хочешь произвести впечатление). Эти люди, первопоселенцы, заслуживали того, чтобы оказать им уважение по высшему разряду. Они только что получили новый чудесный мир. Да что там, у них наверняка уже имеется гордая конституция, позолоченными буквами *провозглашающая СВОБОДУ! Сегодня у них праздник, а для суровой реальности еще будет время.

Глайдеры теперь приземлялись один за другим. Человек, который первым ступил на планету, начал быстро взбираться на холм, где стояла Кин. Окладистая борода, очень белое под рыжими волосами лицо, но Кин смотрела только на серебряный диск на лбу мужчины, сияющий в лучах утреннего солнца.