Дэвид Вебер - Война Хонор

« Знаю. Но тебе бы он лгать не стал. Кроме того, – несмотря на искреннюю тревогу Нимица, Хонор ощутила его мысленную усмешку, – он знает, как ему влетит за ложь потом, после выздоровления ».

Хонор уставилась на кота и, к собственному изумлению, рассмеялась.

– Может, ты и прав, – сдалась она. Но тут же снова помрачнела. – С другой стороны, то, что докладывал не он, а его старпом, наводит на тревожные размышления.

« Скоро узнаем, – сообщил жестами Нимиц. – Зеленый свет ».

Харрингтон перевела взгляд на сигнал над переходным люком и, убедившись в правоте Нимица, взяла его на руки и встала. Бортинженер уже тянулся к кнопке, открывающей выход. Хонор оглянулась через плечо на поднимавшихся со своих сидений спутников. Прямо за ней разместились Лафолле и Спенсер Хаук, но народу набилось столько, что просторный салон бота едва вместил всех. Помимо Мерседес Брайэм, Джорджа Рейнольдса, Андреа Ярувальской и Тимоти Меарса на «Смерть» прибыл капитан медицинской службы Фриц Монтойя… во главе врачебной бригады из двух десятков специалистов.

Рядом с адмиральским укладывался на причальные опоры второй бот, доставивший на борт «Смерти пиратам» два взвода морской пехоты «Оборотня». Покосившись в ту сторону, Хонор помрачнела ещё больше, но тут переходной люк открылся, и она двинулась вперед.

Ей уже доводилось видеть Томаса Бахфиша раненым, но на этот раз дело обстояло хуже. Гораздо хуже. Стоя рядом с его постелью в спартанском лазарете «Смерти пиратам», Хонор физически ощущала исходившую от него мучительную боль. Столь сильную, что не выдать собственную душевную боль она смогла, лишь мобилизовав всю свою выдержку.

– Ваша милость, – сказал ей Цзыньчу Грубер, – пожалуйста, убедите капитана позволить доктору Монтойе забрать его отсюда.

Хонор отметила, что стоявший по другую сторону койки Бахфиша Грубер и сам находился далеко не в лучшем состоянии. Левая рука его покоилась в лубке, на левой стороне лица красовались ссадины и ушибы, при ходьбе он заметно хромал.

– Хватит суетиться, Цзыньчу, – пробормотал Бахфиш хриплым от боли голосом, ухитрившись тем не менее выдавить из себя улыбку, и Хонор, ощутив его эмоции, внутренне сжалась. – Мне гораздо лучше, чем многим.

– Это так, капитан, – с усталым раздражением откликнулся Грубер. – Но, черт подери, прекратите себя за это винить!

– Это моя вина, – упрямо возразил Бахфиш, мотая головой на подушке.

– Не припоминаю, чтобы вы заставляли кого-то идти за вами под дулом пульсера, – парировал старпом.

– Не под дулом, но…

– Прошу прощения, ваша милость, – вставил Монтойя, – но я предлагаю обсудить этот вопрос попозже. – Хонор обернулась к нему, и хирург пожал плечами. – Я уже переправил на «Оборотня» всех самых тяжелых. Точнее, всех самых тяжелых, не считая капитана Бахфиша. И мне очень хотелось бы доставить его туда еще на этой неделе.

– Я не покину «Смерть»! – категорично заявил Бахфиш.

– Покинете, капитан, – заявил светловолосый хирург с невозмутимым спокойствием, слишком хорошо знакомым Хонор по собственному опыту. – Если хотите, можем сначала немного попрепираться на эту тему. А потом покинете.

Бахфиш открыл было рот, но прежде чем он успел заговорить, Хонор мягко положила руку ему на плечо.

– Не спорьте, – решительно заявила она, стараясь не смотреть туда, где под простынёй должны были находиться ноги. – Все равно проиграете. Вы проиграете, даже если Фриц будет спорить с вами один. А он не одинок.

Бахфиш несколько секунд смотрел на неё молча, потом криво улыбнулся.

– Вы всегда славились упрямством, – пробормотал он. – Ладно, так уж и быть. Но коль скоро вы здесь… – Он указал глазами на офицеров её штаба.

– Из сообщения коммандера Грубера я поняла, что вы настаивали на проведении совещания у вашей койки, – невозмутимым голосом сказала Хонор. – Тут кто-то говорил о моем упрямстве. Конечно, я могла бы вспомнить о коровах, которые мычат, когда этого делать не следует. Но поскольку я славлюсь либерализмом и широтой взглядов, то предлагаю сразу приступить к делу.

Смех Бахфиша, хоть и пропитанный болью, был искренним, и она почувствовала его благодарность за эти слова.

– Коммандер Грубер, – Хонор указала на старшего помощника, – уже рассказал нам о вашем решении следовать за кораблем Флота Республики. «Геката», так он назывался?

Она бросила взгляд на Грубера, тот кивнул, и Хонор снова перевела глаза вниз, на своего бывшего капитана.