Дэвид Вебер - Война Хонор

– … и, таким образом, – произнес наконец Высокий Хребет, – я имею счастье и удовольствие представить вам блистательную команду ученых, стараниями которых это замечательное открытие было совершено раньше, чем кто-либо осмеливался предположить.

Надо же, подумал Кар, даже в такой действительно волнующий момент Высокий Хребет ухитряется выглядеть надменным аристократом, похваляющимся старательностью и сноровкой своих слуг, которым, несмотря на низкое происхождение, удалось сделать нечто полезное. А ведь он старается изо всех сил, более того, судя по улыбке на лисьей физиономии, пребывает в уверенности, что выступил на редкость удачно. Да этот человек живостью и темпераментом напоминал расползшийся кусок подогретой рыбной котлеты!

Наполовину обернувшись, Высокий Хребет сделал широкий жест в сторону сидевших позади него людей, которых он назвал «командой ученых». О том, что Мишель Рено был талантливым администратором, сумевшим организовать работу агентства, несмотря на тяжкий груз навязанного ему технически безграмотного бюрократического аппарата, премьер-министр забыл. Точнее, не забыл, он сознательно проигнорировал этот факт, и доказательством тому послужили прозвучавшие слова:

– Прошу вас, дамы и господа, воздать должное выдающимся умам нашего времени, доктору Джордену Кару и доктору Ричарду Виксу, таланту которых мы обязаны сегодняшним торжеством.

Ученые встали, и зал, набитый высокопоставленными особами и газетчиками, разразился аплодисментами. Аплодисменты были искренними, всё журналистское сообщество Звездного Королевства испытывало даже большее воодушевление, чем мог пожелать премьер-министр, и от этого было ещё противнее. Кар выдавил улыбку, они с Виксом склонили головы в знак признательности за аплодисменты. Правда, у Викса поклон вышел едва заметным, но он, по крайней мере, старался.

Премьер-министр подозвал их к подиуму движением руки, которое, вероятно, следовало расценить как естественный и приветливый приглашающий жест. Кар стиснул зубы и шагнул вперед; то же сделал и Викс… получив украдкой тычок под ребра. Аплодисменты зазвучали с удвоенной силой и улыбка на лице Кара стала совсем застывшей. «Странный я человек, – подумал он: – неистребимое аристократическое снисхождение премьер-министра к способностям других людей раздражает меня так же, как и преувеличенные восхваления моей якобы гениальности остальными». Он слишком хорошо знал, как велика в цепочке наблюдений и открытий, приведших к сегодняшнему событию, роль простой удачи, не говоря уже об упорной работе всего остального исследовательского коллектива КМААФИ.

– Сейчас доктор Кар расскажет нам о последних достижениях его исследовательской группы и своих ближайших планах, – заявил Высокий Хребет, когда аплодисменты наконец стихли. – После этого все желающие смогут задать нашим ученым мужам интересующие их вопросы. Прошу вас, доктор Кар.

Он одарил астрофизика улыбкой, и тот, как положено, ответил ему тем же. Пришла его очередь обратиться к публике.

– Благодарю вас, господин премьер-министр. Леди и джентльмены, уважаемые представители прессы. Позвольте приветствовать вас здесь, на борту «Гефеста», от имени Королевского Мантикорского Агентства астрофизических исследований, коллектива его ученых и его директора, адмирала Рено.

Он подчеркнуто повернул голову, улыбнулся Мишелю Рено, а затем снова обратился к слушателям.

– Как вы знаете, – заговорил он, – на протяжении последних двух с половиной стандартных лет мы занимались систематическим поиском ещё одного терминала Мантикорской туннельной Сети. Поиски были нелегкими и трудоемкими, но благодаря самоотверженной работе моего коллеги доктора Викса, а также, признаюсь, удивительному везению нам удалось значительно опередить график, как он виделся нам всего-навсего полгода, да что там, даже четыре месяца назад. По существу, сегодня мы уже способны направить через седьмой терминал соответствующим образом оснащенный исследовательский корабль. Его отбытие из системы Мантикоры намечено на следующий четверг.

Казалось, все присутствующие разом приглушенно ахнули, и Кар одарил аудиторию улыбкой – первой искренней улыбкой за всю пресс-конференцию.

– Сказать точно, куда он отправится и когда вернется, я сегодня не могу. И никто не сможет… до тех пор, пока корабль и его экипаж не выполнит обе эти задачи – уйти и вернуться. Однако, если у вас есть другие вопросы, я постараюсь на них ответить.