Дэвид Вебер - Война Хонор

– Не стоит беспокоиться, – сказала она, словно прочитав его мысли. – Я терпеть не могу эту особу и головой ручаюсь, что она платит мне тем же, но сейчас мы настолько нужны друг другу, что ни одна из нас не позволит себе лишних глупостей. Однако, – продолжила она прежде, чем он успел облегченно вздохнуть, – или мы добьемся того, ради чего и стали политическими союзниками, или Александер с королевой вышибут нас из правительства. В первом случае можно не сомневаться, что наше партнерство распадется в обстановке некоторой… враждебности. А вот в случае второго – поспешу добавить, маловероятного и куда более неприятного сценария – её величество потребует крови. Нашей крови. И, при любом повороте событий, множество ножей дожидается своего часа вонзиться кому-то в спину. Один из них наверняка у Рено.

– По-моему, ты зря так беспокоишься, – сказал, помолчав, премьер-министр. – Всегда остаются разнообразные шероховатости, но ни одна сторона не заинтересована в том, чтобы вынести их обсуждение на публику, когда сменяется правительство. В конце концов, как ты только что заметила, рано или поздно любое правительство меняется. Если новый кабинет начнет со сведения счетов с предшественниками за каждое мелкое разногласие, он неизбежно спровоцирует на то же самое своих преемников. А это никому не нужно.

– При всем моем уважении, Мишель, в данном случае речь идет далеко не о «мелких разногласиях», – холодно сказала Декруа. – Хотя я первая готова доказывать абсолютную обоснованность наших решений, вряд ли речь пойдет о непреднамеренных ошибках или небрежной работе с документами. Нет смысла притворяться, что человек вроде Александера не сможет раздуть это сверх всякой меры и начать охоту на ведьм. И что бы он там не собирался делать как реалистичный и прагматичного политик, но королева наверняка устроит самую разгульную охоту на ведьм в истории. Собственно говоря, – Декруа усмехнулась, – я уверена, что в королевском дворце уже складывают поленницы для костров.

– Мне кажется, жалеть о чем-то уже поздно, Элен, – сказал Высокий Хребет. – Если ты считала, что мы идем на неоправданный риск, надо было сказать об этом сразу.

– Я только что объяснила, что риск, по моему мнению, был оправданным, – нарочито спокойно ответила она. – Я всего-навсего указала, что отдаю себе отчет, каковы могут быть грядущие последствия.

– И зачем было так старательно тыкать в это носом меня? – спросил барон тоном, который ему самому показался близким к раздраженному – для премьер-министра Мантикоры слишком близким к раздраженному.

– Потому, что окончательно мое мнение сформировалось, когда я наблюдала за поведением Рено по отношению к Кларенсу на пресс-конференции. Я сознавала опасность с самого начала, но постоянная сосредоточенность на сиюминутных тактических проблемах все время отодвигала глобальную обеспокоенность на второй план. К сожалению, если мы не начнем шевелиться сейчас, впоследствии нам придется от беспокойства бегать как ошпаренным.

В каком смысле?

– Пора позаботиться о том, чтобы наши спасательные шлюпки не дали течь, когда корабль пойдет ко дну. – Она дозволила себе лукавую улыбку, увидев отчаяние на лице собеседника, затем решила смилостивиться и перейти наконец к сути. – В конечном счете, Мишель, кто-нибудь непременно начнет задавать острые вопросы. Уж Елизавета об этом непременно позаботится. И мне пришло в голову, что сейчас самое время начать подготовку документов, которые послужат доказательством правдивости ответов, которые мы дадим.

– Понятно, – медленно произнес премьер-министр, глядя на собеседницу задумчиво и с уважением. – И что именно ты предлагаешь? – спросил он наконец.

– Очевидно, прежде всего следует предусмотреть, чтобы все мелкие финансовые нестыковки оказались на совести наших высокочтимых министра финансов и министра внутренних дел МакИнтоша. Какой позор! – добавила она со вздохом. – Кто бы мог подумать, что такие благородные и бескорыстные люди, радеющие о народном благе, окажутся продажными и корыстными, станут направлять бюджетные деньги на незаконные цели или использовать для покупки голосов? И как печально, что вера премьер-министра в пресловутую неподкупность либералов помешала ему вовремя понять, чем они занимаются прямо у него под носом.

– Понятно, – произнес Высокий Хребет, растягивая гласные.

Он всегда подозревал, что Элен Декруа опаснее кобры со Старой Земли, однако это безжалостное коварство потрясло даже его.