Антон Орлов - Чужое тело

— Я состариться не хочу, — неохотно бросил Поль.

— Ты отдал то, что лежит на поверхности. — Криса заслоняли телохранители, и Поль не видел его лица, но по голосу понял, что тот улыбается. — У тебя есть и другие страхи, верно? Куда более серьезные… А у вас, Тина?

— Манокар. Самый кошмарный период моей жизни — примерно с одиннадцати до восемнадцати лет, пока я не попала на Тергарон. Я осознавала себя человеком, но окружающие меня таковым не считали, вот что было мерзко. И никаких перспектив… Не знаю ничего хуже, чем родиться женщиной на Манокаре.

— Насчет Манокара я согласна, но разве ты не хотела бы снова стать пятнадцатилетней? — Ольга вздохнула. — Такой чудесный возраст…

— Не для меня. Я начала жить по-настоящему после того, как меня сделали киборгом. Стать обыкновенной пятнадцатилетней девчонкой — вот это был бы кошмар! А что касается таких штук, — она показала на площадку с экскаватором в виде выбеленного солнцем гигантского скелета, с функциональными элементами, имитирующими присосавшихся к костяку членистоногих тварей, — то на меня это не действует.

Наверное, Поль перегрелся. Его мутило, перед глазами плясали солнечные пятна — то ли от жары, то ли потому, что ему не нравился разговор, то ли от созерцания таких изысков, как стеклянная мебель с внутренностями или костяной экскаватор. Большинство композиций он оценивал как «классные», но творения чокнутых дизайнеров портили общее впечатление.

Боковая аллея с земными розами и похожими на них сиреневыми и голубыми незийскими кьямавами. Аллею осеняли двухметровые перистые листья ракун, на площадках за жемчужно-серыми колонноподобными стволами виднелись павильончики кафе.

— В какое пойдем? — спросила Ольга, когда группка остановилась посреди аллеи.

— В ближайшее, — предложил Крис. — Поль совсем бледный, лучше бы его поскорее в тень.

Ни во взгляде, ни в интонации не было явной издевки, но Поль все равно ее почувствовал.

— Знаешь, на кого ты похож с этой рожей? — с ненавистью глядя на него сквозь заполнившую воздух солнечную рябь, произнес Поль. — На дорогую шлюху. Сколько берешь за ночь?

— Для тебя — бесплатно, — в тон ему отозвался Крис.

Поль рванулся вперед, но телохранители проворно заслонили босса, а Тина тут же оказалась между ними и Полем и оттащила его в сторону.

— Пошли в кафе, — услышал он ее голос. — Без них, в другое. Ольга, до вечера!

Они повернули к стилизованной под старину деревянной постройке, а Ольга с Крисом в сопровождении телохранителей направились к мраморной раковине за кустами чайных роз. Ноги у Поля заплетались. Наконец он обессиленно упал на стул на веранде под термонавесом и пробормотал:

— Знаешь, я не в порядке… Вызови врача.

— Лучше Стива.

Стив вскоре появился, и окружающий мир постепенно вернулся в норму. Исчезли мелькающие вокруг солнечные клочья — солнцу полагается перемещаться по голубому небу, а не блуждать в виде броуновских частиц по аллеям дизайнерского форума. Заодно рассеялся туман, превращавший отдаленные предметы в нечто плоское и смазанное. Головокружение прекратилось, Поля больше не трясло. Выступивший липкий пот понемногу высыхал.

— Что со мной было, тепловой удар?

— Что было — не знаю, но ты был похож на севший аккумулятор. — Стив взял у подъехавшего робота бокал апельсинового сока.

— А ты что сделал?

— Устроил тебе что-то вроде подзарядки.

— А, это как у экстрасенсов?

— Никогда не общался с экстрасенсами. — Стив пожал плечами и отхлебнул сока. — Полчаса назад энергозапас твоего организма был почти на нуле. Я не в курсе, как ты этого добился, но продолжать в том же духе не советую. Ладно, я обратно на станцию, если что — зовите.

— Спасибо! — спохватился Поль, но Стив уже исчез.

Тина тоже взяла запотевший бокал, Поль последовал ее примеру. Самочувствие превосходное — впору пойти в соседнее кафе и все-таки отлупить Криса заодно с его вышколенными громилами.

— Воздушная полиция, наверное, запаникует, раз к нам столько лярнийцев прилетело, — заметил он после нескольких глотков ледяного сока. — Если все они такие же сумасшедшие пилоты, как Тлемлелх.

— Не все, — улыбнулась Тина. — Тлемлелх — исключение. Полеты — лучшее, что у него есть.

— Но ведь он художник. Я думал, для него лучшее — это искусство.

Она помотала головой, чуть прищурив свои прохладные и упрямые серые глаза.

— Жизнь энбоно в Могндоэфре тесно переплетена с искусством, но она там не очень-то счастливая. Недаром Тлемлелх за эти четыре года ни разу не захотел побывать на Лярне. Ему там было плохо, особенно под конец. А полеты для него — та область, где он ничего не боится и не имеет никаких неприятных воспоминаний. В воздухе он становится совсем другим. У каждого должна быть область, свободная от страхов.