Антон Орлов - Контора Игрек

Порывшись в карманах, Саймон выудил монетку помельче, бросил в прорезь емкости для пожертвований: он тоже противник киборгизации, почему не поддержать единомышленников? И сразу отдернул руку – в лице женщины было что-то угрюмо-бульдожье, мало ли…

Лифт вознес его на двенадцатый этаж, тут он заперся в крохотном номере и с облегчением вздохнул. Номер из самых дешевых: койка, шкаф, столик, а большего и не надо. За окном теснили друг друга обшарпанные высотки, внизу, конечно же, помойка. Саймон включил систему «Отрада оптимиста» (фу, ну и названьице!) – сомкнулись ставни, и в новом ложном окне возник пасторальный пейзаж, через минуту его сменил пляж с красотками, потом – горное озеро… Стандартный набор. Можно заказать что-нибудь еще, но это за отдельную плату.

Наконец-то Саймон остался наедине со своим фильмом, смутным и необъятным, как затопленная страна. Ради этого все и затевалось.

Несколько часов подряд он просматривал, прильнув к окулярам карманного видеоскопа, куски отснятого с помощью чудо-линз материала. Полно «воды», с монтажом придется повозиться, но это будет взрыв, шок, шедевр! Хотите узнать, что такое «Контора Игрек»? Смотрите документальный фильм Саймона Клисса!

Вот уже с месяц Саймон сидел на чемоданах (да у него и чемоданов-то не было, одна коробочка с линзами), но сейчас он понял, что с побегом придется повременить. Его творение не завершено.

Одну из главных загадок «Конторы Игрек» – Маршала – он так и не разгадал, а без этого фильм будет неполным.

Маршал был киборгом, ходячей легендой «Конторы», обожаемым героем и лидером, Римма Кирч его почти за божество почитала – а Саймон хотел докопаться до истины, но на что похожа эта самая истина, он понятия не имел. Образ Маршала, окутанный сияющим ореолом всеобщего восхищения, его никак не устраивал, для фильма нужна правда. И, пока он не добрался до правды (наверняка такой же паршивенькой, как помойка за окном с фальшивыми видами), делать ноги из «Конторы» рано.

Встреча состоялась на третий день. В назначенный срок Лиргисо связался с Тиной и сообщил, что все прежние уговоры остаются в силе, но сейчас он болен и слишком плохо себя чувствует, чтобы обсуждать серьезные вопросы, а сегодня снова вышел на связь. При дневном свете мафиозная многоэтажка с неоновыми гербами выглядела претенциозно и тускло, и Тина подумала, что на месте Лиргисо тоже не стала бы ничего менять: ну кому придет в голову, что этот типовой для Рубикона архитектурный шедевр принадлежит Живущему-в-Прохладе?

Хозяин дома тоже выглядел неважно. Волосы он перекрасил – теперь они были черные с красноватым отливом, это подчеркивало нездоровую бледность тонко очерченного треугольного лица. Глаза подведены, под ними тени – настоящие, не нарисованные. Он зябко кутался в стеганое кимоно из черной «зеркалки», хотя в комнате было тепло, и Тине даже стало его жалко.

Выяснилось, что в ту ночь визитом в королевский дворец дело не ограничилось. После скандала на банкете Лиргисо отправился в Паучий Отстойник – есть на Рубиконе такое местечко, не иначе выплеснувшееся из грязного химерического бреда какого-то ошалевшего наркомана. Тина однажды там побывала, просто из любопытства, тергаронский боевой киборг может себе это позволить. Там можно исчезнуть без следа. Лиргисо получил там две ножевых раны, но об этом Тина узнала только от него – то, что творится в притонах и закоулках Отстойника, редко становится достоянием СМИ.

– Сейчас идет процесс ускоренной регенерации. Чтобы держать его под контролем, пришлось отказаться от обезболивающих препаратов.

– Стив вылечит тебя за полминуты.

– Я способен обойтись без его помощи, – Лиргисо презрительно сузил глаза, их радужка напоминала помутневший желтый янтарь. – Мы все прекрасно обойдемся без него.

«Ага, ты спишь и видишь, как бы избавиться от Стива. Тогда бы ты со мной и с Полем по-другому разговаривал… Во всяком случае, попытался бы».

– Вы с Полем играете на его гипертрофированном чувстве ответственности, – добавил Лиргисо. – Вы его эксплуатируете и не отпускаете, а между тем для него небезопасно так долго находиться в нашей Вселенной. Я не питаю к Стиву приязни, но когда я советую ему не лезть в наши дела и вернуться домой, я поступаю порядочнее, чем вы.

Тина и сама об этом думала, так что укол попал в цель.

– Стив без тебя разберется, что ему делать.

– Да где уж разобраться, когда на шее висит столько нуждающихся в защите… – его ухмылка сменилась гримасой. – Фласс, больно… Повреждено левое легкое, и печень задета.