Илья Панин - Симфония-333

— Понимаете, у меня какой-то вирус, странный…

— Это для вас он странный, молодой человек, а для нас обычное дело. Давай уж, мальчик, покороче и ближе к телу, — сделав очень сильный акцент на слове «мальчик», явно довольная своей плоской шуткой, женщина издала некоторое подобие смеха. Потом резко повернула к Дану кресло и, даже не соизволив запахнуть халат и сдвинуть свои смачные ляжки, продолжила:

— Давай, рассказывай где, с кем и как? — она опять хохотнула.

Дану захотелось встать и уйти, но… куда идти? Везде такие же бл…

— Понимаете, это действительно необычный вирус, — решил продолжить Дан после того, как «тетка» все-таки запахнула халат и, отвернув от него кресло, снова начала пускать стрелки в монитор. — Дело в том, что этот вирус вызывает у людей странную реакцию. Я бы сказал оченьстранную. Они буквально сходят с ума, они звереют и впадают в бешенство, ломая и круша все на своем пути…

— Вау, да ты не из этой ли секты зоофилов, про которую две недели назад шумели по всем каналам. Признавайся сразу, если ты подхватил бешенство, насилуя собак, то я тебе ничем помочь не могу. Тебе нужно обратиться по другому адресу, вот так-то, любитель экзотики.

— Меня заразили вирусом, делая операцию на мозг…

— Да-а? Что ты гворишь?! И в какой же больнице тебе делали операцию? — жирная ляжка врачихи начала потихонечку нервно подрагивать.

— Я не знаю. Меня привезли туда без сознания. Какая-то далеко за городом, старая, полуразваленная…

— А-а, «Восточная» дотационная. Угораздило же тебя туда попасть. Лучше места не нашлось?

— Знаете, меня не спрашивали! — Дан тоже потихонечку начинал терять терпение.

— Что-то я не припомню, что бы в «Восточной» практиковали операции на мозг.

— Ради меня сделали исключение.

— Надо же, какие люди у нас в гостях! И кто же тебе делал операцию? Я-то, в принципе, многих там знаю — работала одно время.

— Да я не знаю. Какой-то профессор, он мне не представился, и его ассистент, Володя, кажется, он его называл. Вообще, возможно, что операцию мне сделали совершенно в другом месте, а потом привезли в эту, как вы говорите «Восточную» дотацио-о-о…

Звуки застряли у него в горле, потому что с женщиной стало что-то происходить. Поначалу вроде все было нормально. Она вела себя несколько вульгарно, но свободно, раскованно и, самое главное, расслаблено. Но когда речь пошла про операцию, она начала потихоньку заметно нервничать и ерзать по креслу своими смачными ляжками. А когда Дан сказал слово «Володя», ее буквально начало потрясывать, а дальше… глаза начали быстро краснеть и из горла вырвался уже знакомый Дану клокочущий и булькающий звук.

Зная абсолютно точно, что произойдет в следующее мгновение, Дан вскочил с кресла и бросился наутек. Выбегая из кабинета, Дан налетел на какого-то старичка и сбил его с ног. Ему тоже на ногах устоять не удалось и, слегка крутанувшись в воздухе, он упал на кобчик. Дыхание сразу перехватило, и Дан, скрючившись, упал набок, словно рыба не песке, хватая губами воздух.

В кабинете тем временем начиналась буря. Грохот и треск, скрежет и звериный крик. Люди, как замороженные, останавливались и втягивали голову в плечи. Едва только Дан успел прийти в себя и подняться, как из кабинета выскочил Монстр. Представьте себе человека, у которого сразу все мышцы напряжены и раздуты, жилы и вены на шее, как толстая проволока, глаза — два кровавых выпученных шарика, а выражение лица…

Дан с пробуксовкой бросился бежать по коридору в сторону модульной площадки. Его преследовали по пятам кошмарные клокочущие и булькающие звуки. На его счастье, в тот момент, когда он подбежал к площадке двое, мужчина и женщина, вошли в модуль и уже назвали какой-то адрес. Забежав в модуль вслед за ними, Дан громко крикнул: «Да» и быстро развернулся. Двери захлопнулись прямо перед этими кошмарными выпученными кровавыми шариками и… страшный удар, но уже где-то сверху. Модуль стремительно погружался в бездну подземного лабиринта.

— Что это было? — услышал Дан за спиной. Не придумав, что ответить, он промолчал, продолжая стоять спиной к пассажирам. Неожиданно на его плече легла рука и резко развернула на сто восемьдесят градусов. — Я к кому обращаюсь, еб…

Это было самое худшее, чего можно было ожидать. Взглянув в глаза мужику, Дан понял, что сам загнал себя в смертельную ловушку. Прямо перед ним вновь зарождалось то, от чего он только что сбежал. Краснеющие глаза, вздувающиеся мышцы и вены не оставляли никаких надежд. Четыре стены модуля, сделанные из толстого пластика, не оставляли никаких шансов на возможность бегства. Но…