Софья Непейвода - Первые шаги

— Провалы в памяти всегда создают серьёзные проблемы, — сочувственно кивнула женщина. — Нет, для тебя это наркотик не больше, чем вода, воздух или пища.

Подумав, поинтересовалась о стоимости пищевой добавки и испытала настоящий шок, когда поняла, что за месячную норму придётся заплатить почти четырёхмесячный размер белокерманской зарплаты:

— Ничего себе вы тут цены накрутили! Это из-за того, что для вас оно опасно?

— Мы не накручивали цену, — обиженно возразила аптекарь. — Если бы мы так уж сильно её завышали, то приезжие просто-напросто отоваривались бы в посольстве Тартара. А предпочитают брать у нас.

— Может и так, — не стала спорить я и, поблагодарив, покинула помещение.

Даже если допустить, что стоимость выше обычной… ну пусть в два раза — всё равно очень дорого получается. Странно, а в Белокермане это же лекарство давали бесплатно. Почему? Зато теперь понятна ещё одна причина, по которой белоруны хотят от меня избавиться. Только на содержание куча денег уходит. Однако, в свете нового знания, обида на новую родину не усилилась, а наоборот, ушла. Белокерман дал мне много, даже больше, чем казалось сначала. И при этом не кричал на каждом углу о своём благородстве. Желание белокерманцев избавиться от лишних трат естественно и понятно. Но не обидно: ведь они не выгоняют вон, а просто предлагают варианты. Решение остаётся за мной.

На встречу, по старой, земной, привычке я отправилась раньше времени, из-за чего пришлось немного подождать. Белорун явился не один, а в компании с ещё одним гуманоидом — не из своего народа, не человеком и не из местных. Но знакомить нас не торопился, просто приветственно взмахнул кистью.

— Итак, поскольку выбор из двух вариантов: Древтар и Тартар, его сделать не сложно. Я просматривал твоё досье, чтобы определить сферу интересов. Ты хотела бы получить образование и иметь доступ к информации — а это проще и удобнее сделать в Тартаре. Значит именно туда тебе и нужно эмигрировать, — с места в карьер сказал белорун.

— Насколько мне известно, в Тартаре сложнее выжить, — с сомнением покачала я головой. — Не хочу рисковать больше необходимого.

— Согласен, — не стал спорить посол. — Именно поэтому я сосредоточился на поиске способа увеличить твои шансы. Это — Шас, тартарец, — представил белорун своего спутника. — Он согласен взять тебя в рабство за достаточно умеренную плату.

— Ты хочешь меня продать?! — возмущённо вскочила я.

— Нет, ты не так поняла, — возразил посол. — Ты заплатишь Шасу некую сумму, а он станет твоим хозяином.

От возмущения я некоторое время хватала ртом воздух, как рыба, вытащенная из воды. Мысли разбегались, и вслух удалось высказать только междометия. Великолепно! Просто прелестно! Нет, это уже удар ниже пояса: вот так, запросто, предлагать стать рабом. Да ещё и доплачивать за такую высокую честь. Они тут с ума сошли или банально издеваются? Или, что ещё хуже, считают меня настолько глупой?

— Меня не устраивает этот вариант, — твёрдо ответила я, как только удалось справиться с гневом.

Пальцы белоруна дрогнули и напряглись.

— Это твоё решение. Тогда нам не о чем больше говорить, — спокойно, с улыбкой, констатировал он.

— Да, я тоже так считаю, — кивнула я.

— Стоп! Успокойтесь оба, и не порите горячку, — вмешался несостоявшийся хозяин, после чего повернулся к послу. — Ты всё-таки сделай скидку на её неполноценность. Даже нормальные люди нередко совершают глупые поступки, что уж говорить о бывших рендерах. А мы сейчас выйдем и поговорим, — обратился он ко мне. — Как два разумных существа.

— Не думаю, что в этом есть необходимость, — отрезала я.

— Заметно, что не думаешь. А следовало бы, — язвительно бросил Шас. — Может тогда бы сначала выяснила то, что вызвало вопросы, а уже потом принимала решение.

— Да тут всё кристально ясно, — хмыкнула я и тут же засомневалась. Судя по поведению, белорун ждал как минимум благодарности. Но разве можно рассчитывать на «спасибо» за предательство и предложение перевести из категории людей в категорию вещей? Странно. В чём подвох? — Ладно, давай поговорим.

Покинув здание аэропорта, мы свернули на почти безлюдную аллею. Только через несколько минут тартарец начал беседу.

— Я просматривал досье, которое есть у белокерманцев, — сообщил он.

Внутри меня вспыхнуло глухое раздражение. Да уж, на сохранение личных тайн рассчитывать не приходится. Хоть бы мне дали почитать собранный на меня же компромат, а то как-то совсем нечестно выходит.