Софья Непейвода - Первые шаги

— Не волнуйся, если возникнут трудности, в первую неделю можешь выполнить только половину нормы, — добавил он.

Выйдя наружу, я направилась к выделенным мне дорожкам, насторожено следя за поведением автомата. К моему удивлению, им практически не приходилось управлять. Иногда, когда пылесос сигналил о неполадках в покрытии и проводил мелкий ремонт, я замедляла шаг, в другое же время он двигался со скоростью спокойно идущего человека. Даже самые крутые повороты механизм проходил легко и без погрешностей. Поскольку вся «работа» по сути заключалась в неспешной прогулке по определённому маршруту, появилась возможность проанализировать сегодняшний день.

По сути, меня устроили на должность дворника, что, впрочем, не удивительно, ведь навыков, нужных для выполнения других работ в Белокермане, у меня, скорее всего, нет. Странно другое. Вон, как аккуратно и ловко двигается пылесос, наверняка программа управления достаточно сложная и совершенная. Учитывая, что дороги вокруг деревень расположены строго определённым образом, неужели было так трудно ввести в неё маршрут, чтобы не занимать время оператора? Нелогично как-то. Ненадолго возникло желание задать этот вопрос Неколу, когда закончу с работой, но потом природная осторожность, не усыплённая полем покоя, заставила отказаться от этого варианта. Лучше сначала попробовать понаблюдать и самой разобраться в причинах происходящего. А вот если не удастся — тогда и пойти простым путём.

Выполнить четверть недельной нормы удалось всего за пять местных (три с половиной Земных) часов. И снова возник вопрос: если у них такая нехватка рабочих рук, то почему норматив столь мал? Или здесь специально снижают нагрузку на каждого отдельно взятого человека, чтобы не было безработицы? Выбросив неразрешимые пока вопросы из головы, я вернула пылесос в ангар и пошла сообщить Неколу, что на сегодня закончила. Белорун проявил живой интерес к моим успехам, выдал авансом зарплату за эту неделю, после чего показал одну из свободных квартир на третьем этаже, где я и поселилась.

Только теперь я поняла, что и палата в больнице и комната в центре переподготовки рендеров были ничем иным, как слегка модифицированными квартирами, по крайнем мере имели точно такие же размеры и планировку. Но, в отличие от палаты, квартира оказалась пустой, без мебели и постели. Пришлось после ужина в столовой сходить на минус второй, подземный, этаж, где располагался универмаг, и приобрести матрас, валик под голову (подушек не продавалось), разборный стол и стул, постельное белье и пару полотенец. Остаток дня я провела в квартире, пытаясь привести её в хоть сколько-то жилой вид. Получалось не очень.

А ещё меня никак не оставляло противное ощущение, что я забыла о чём-то важном. Но о чём? Мысленно пробежалась по событиям сегодняшнего дня, но так и не нашла ничего, что не было бы сделано. Напрашивался вывод, что дискомфорт — последствия волнений в первый день самостоятельной жизни. Забравшись в ванную, я попыталась отбросить неприятные мысли. Но это оказалось не так-то легко. Даже вечером беспокойство не оставляло меня, и я долго ворочалась на жёстком матрасе в безуспешных попытках заснуть. А когда всё-таки задремала, вместо уже привычных приятных и вдохновляющих снов, меня преследовали тяжёлые и болезненные кошмары.

Утро не принесло облегчения: я чувствовала себя совершенно разбитой, голова кружилась и подташнивало. Приняв душ, чтобы хоть немного взбодриться, выпила воды и, решив повременить с завтраком, отправилась на работу. Но даже свежий воздух и хорошая солнечная погода не помогли. Мне то и дело казалось, что пылесос отстает или наоборот, ускоряется, пытаясь наехать. А потом и вовсе по сторонам потемнело, звуки стали приглушёнными и идущими как будто издалека и создалось впечатление, что нахожусь не на улице, а в длинном гулком коридоре. Накатил страх, я резко обернулась, но дорожка оставалось такой же пустынной, а автомат — послушным управлению. И только тогда пришло понимание.

К хорошему быстро привыкаешь. Прожив в Белокермане несколько месяцев, я легко приспособилась к тому, что чувствую себя здоровой. И именно поэтому не сразу сообразила, что нынешнее состояние чем-то похоже на времена прошлых обострений. Дело вовсе не в окружающем мире, просто у меня резко сузилось поле зрения и нарушилось восприятие звуков, оттого и мерещится коридор. К горлу подкатил неприятный комок. Нет, лучше не затягивать и сразу попросить помощи. По крайней мере, здесь врачи смогли меня реально подлечить, а не промариновали несколько месяцев, и потом выписали с «небольшим улучшением». Сильно замедлив шаг, чтобы не потерять ориентацию в пространстве, я отвела пылесос в ангар и отправилась искать медпункт.