Софья Непейвода - Первые шаги

Вздохнув, последний раз прошлась по коридору. Думаю о всякой ерунде — лишь бы в отчаянье не впасть. Должен же выход быть! Должен! Или Ликрий зря проходил через все пытки и испытания, а Шас пустил на ветер деньги, потраченные на покупку химеры? Стоп. Нельзя на этом зацикливаться — лучше уж на головомойке в сортире. И вообще: пора возвращаться и погружаться в занятия — тогда уже мозгов не хватит паниковать. Сейчас не время. Лучше вспомнить о проблеме вечером, уже после курсов.

С этой мыслью я вернулась в аудиторию, стараясь не замечать уже двух байлогов, о чём-то перешипывающихся на преподавательских местах.

Компьютер компьютером, но решать задачи на нём не всегда удобно. Ну, или я ещё не настолько освоилась. Поэтому в занятиях очень помогла найденная на свалке большая тетрадь (исписанные листы из неё я вырвала и использовала на растопку, а оставшуюся, почти чистую бумагу, только с парой сквозных бурых пятен, сохранила), и письменные принадлежности (точнее, что-то типа набора ручек). Впрочем, не только я склонна к примитивизму: почти четверть абитуриентов работала с разнообразными приспособлениями для записи.

Через некоторое время на очки-компьютер пришло сообщение от Ликрия. Удивившись (вроде загородку не поднимала), я покосилась на друга, но тот сидел, совершенно не обращая на меня внимания, вместо этого бездумно глядя в сторону преподавателей. Решив не торопить события, тоже сделала вид, что занята своими делами, и открыла письмо.

— «Больше на общайся со мной. Не заговаривай. После курсов не жди и не иди следом. Домой и на работу тоже не ожидай. Если будет необходимость — сам свяжусь. Если увидишь нечто, что возмутит или захочется вмешаться — возьми себя в руки, остановись и уйди. Ни в коем случае не влезай.»

Кратко и лаконично — почти как инструкция. Зачем? Вроде бы уже в туалете поговорили. Или ситуация изменилась?

— «Что ещё случилось?»

— «Следуй указаниям.»

К ответу Ликрий добавил вложение, быстро объяснившее происходящее: сообщение от общетартарской системы оповещения о том, что на друга куплена полная лицензия. Я похолодела.

По сути наш, минимальный, список налогов, защищал не так уж сильно и предназначался в первую очередь для того, чтобы отвязаться от простых хулиганов или отстрела «за просто так». Ну и чтобы полученный продукт, например, мясо, кости или шкура (как бы ни неприятно было говорить такое в отношении разумных и себя в том числе), получился для «добытчика» невыгодным. Но от целенаправленной мести, от тех, кто не пожалеет около сотни рублей на разрешение, не защитит.

Присланное оповещение сообщало о лицензии на стандартную неделю, с правом продления, полученной несколько минут назад. То есть через пять стандартных часов (ещё до окончания занятий) некие неизвестные восемь существ имеют право убивать, ловить, удерживать, пытать или взять в рабы Ликрия (причём без его согласия, то есть в рабы бесправные). Разрешение действует стандартную неделю, но срок могут увеличить в любой момент — были бы деньги и желание. А желание, судя по всему, есть. И как минимум в двух личностях «неизвестных» охотников сомнений почти нет — вон, за преподавательским столом жизнью наслаждаются.

Когда-то, только узнав об особенностях данных налогов (и покупке лицензий), долго возмущалась на тот счёт, что считается разумнее продолжать оплачивать «защиту» даже после того, как кто-то получил разрешение. Но логика проста: если прекратить вносить деньги, то охотиться смогут все, если же продолжать, то только по лицензии. До ужаса циничное правило. Более того, если кто-то уже оплатил разрешение, да ещё с правом продления, то даже если жертва решит перейти на более дорогой налог, уже действующий охотник сможет продолжить преследование за ту же цену и добавить себе время по прежнему тарифу.

Итак, вскоре Ликрий превратится в дичь. Враги всё сделали по закону, придраться не к чему. Лицензия куплена, жертва оповещена. Если хочет — может бежать (но никто не запрещает охотникам следить), нанять телохранителей (ага, только вот деньги на это немалые нужны) или придумать ещё какой-то способ уберечься. Не сумеет — его проблемы. Если слова, какими бы неприятными или страшными они не были — только слова, то официальное разрешение на охоту — совсем другое дело. Теперь понятно, почему вдруг друг прислал новые инструкции. Если байлоги раскошелились на лицензию, то кто сказал, что они не готовы потратиться ещё, чтобы убрать с пути того, кто попытается помешать? Ликрий прав: в такой ситуации нарываться нельзя.