Андрей Прусаков - Древолюция

— Думаешь, придется стрелять? — улыбнулся племянник, но встретил колючий взгляд:

— Я потому здесь столько лет лесником, что никогда не зарекаюсь! А были тут до меня… Одному ногу прострелили, другого деревом придавило на ровном месте… Понял?

— Понял, — Поборцев знал, что с дядей лучше не спорить, особенно на такие темы. И вообще, лесник не любил, когда с ним спорят. Это, наверно, самый заметный его недостаток.

Прорываясь в закрытую зону через оцепление, он не был уверен, что дядя останется там. Но судьба, наконец, проявила благосклонность, и Поборцев нашел дядю в его лесничьей избушке. Как выяснилось, дядя Петя не собирался никуда бежать, на это Алекс и рассчитывал.

— А ты как же без ружья? — спросил Алекс.

— У меня карабин есть, — ответил дядя. — Я бы тебе его дал, да лучше бери ружье. Для конспирации. Я всегда с ним хожу, и все это знают.

— Да вряд ли мы кого встретим в лесу. Все же эвакуировались.

— В тайге все случиться может.

Едва переступив порог, Алекс стал расспрашивать дядю о дендроидах:

— А ты сам их видел? Не боишься их? — интересовался Поборцев.

— Что мне эти деревья? Я их только издалека видел. Чудные, конечно. Но я не боюсь. Пущай кто хочет, эвакуируется, а мне некуда. Здесь мой дом. К тому же у меня задание с самого верху!

Тогда Поборцев и узнал об экспедиции, сопровождать которую поручили дяде. Лучшего случая и представиться не могло! Но чтобы упросить лесника, потребовалось немало времени.

— Я слово дал, что пойду, — говорил дядя Петя, — а теперь что? Да зачем тебе это нужно, не пойму? Что ты хочешь узнать?

— Я же говорил, меня лжецом выставили, работы лишили… Я доказать хочу, что это правда!

— Подумаешь, лжецом выставили! Меня вон десять лет алкоголиком выставляют — ну, и черт с ними, плевать я на них хотел! Я свое дело делаю — вот что главное!

— Ты пойми, эти деревья могут быть опасны, — горячился Поборцев, — они и так натворили дел в Дымове, а эти, наверху, все скрывают! А если новые жертвы будут? Ведь они через тайгу куда угодно прошагать могут, хоть до Китая — и никакая милиция их не удержит, никакие войска!

— Загнул ты, племянник. До Китая! До Китая они год добираться будут. Я видел, как они ходят. Еле ползут, муравьи быстрее бегают. А за год наверху придумают, что с ними делать. А ты суешься, куда не знаешь.

Но Алекс не унимался:

— Я чувствую, что Дымовым все не кончится! И экспедицию не зря посылают.

— Ну, узнаешь ты что‑то и что сделаешь? — спросил лесник. — Ты же сам сказал, что тебя теперь нигде не напечатают. Зачем тогда огород городить?

— Затем, что так надо! Когда мой отец тебя из реки спасал, он думал, зачем это надо? Он не мог по–другому, понимаешь! И я не могу!

Много лет назад, когда Алекс был совсем маленьким, его отец спас тонувшего брата из полыньи, но простудился и умер.

— Ну, раз так, — проговорил лесник, разглядывая племянника, — ладно. Должок, стало быть, мой напомнил… Ладно. Поборцевы своих не бросают, это ты правильно сказал. Хорошо. Иди.

— А начальнику скажешь, что внезапно заболел, ногу там проткнул, или что еще, — предложил Алекс. — Вот и отправил меня.

— Ногу проткнул! Типун тебе на язык, накаркаешь еще! — вновь разошелся дядя. — Да и ты тоже, суешься, куда не знаешь! Какой из тебя лесник, чучело гороховое! Ты волчий след от собачьего не отличишь, медведю на лапу наступишь — не заметишь! А что начальству сказать, и без тебя знаю — не учи отца детей делать…

Поборцев молчал, засунув гордость подальше, позволяя дяде высказываться о его умственных и прочих способностях сколько влезет. Он знал, что дядя по–своему любит его и, если потребуется, сделает для него все. Впрочем, и он тоже. И ругает не оттого, что Алекс действительно так туп, а потому, что ревнует к работе, которую лучше него не сделает никто. Наконец, когда поток откровений иссяк, Алекс снова поднажал — и лесник махнул рукой:

— Делай, как хочешь.

Встреча с экспедицией должна состояться в этот четверг. Пока было время, дядя учил Алекса тонкостям профессии, и Поборцев понял, что даже такая на первый взгляд простецкая работа лесника требует определенных знаний и множество отточенных навыков. Ведь в тайге может случиться все что угодно, и там нет ни больниц, ни столовых, ни справочников. Конечно, бывший журналист и сам понимал это, но дядя рассказывал такие вещи, о которых Александр не то что не слыхивал, а даже не догадывался.

Наконец, состоялись проводы. Дядя Петя в последний раз окинул Поборцева пристальным взглядом и сказал: