Андрей Прусаков - Древолюция

В том, что дерево — мутант, не сомневался ни один сотрудник лаборатории. Аксиома, что деревья не могут ходить, застряла в головах так крепко, что многие из персонала минутами стояли возле дендроида — так его предложил назвать Картавин — раскрыв рот, и не верили собственным глазам. Светлана Ольхина подумала, что, привези им зеленого человечка с Марса, в лаборатории удивились бы меньше.

Профессор Галеев был строг и деловит. Разогнав праздношатавшихся, он не отходил от запертого в прозрачном бронестекле дерева ни на шаг, поминутно требуя доклада о состоянии пленника. Мощные компьютеры ни на секунду не прекращали анализировать поступавшую с датчиков информацию. Были взяты образцы тканей дендроида: с листьев, ствола и корней. Особенно сложно оказалось с последними. Мощные корни как спички ломали просунутые через решетку стебли анализаторов.

Данные, собранные за несколько дней кропотливой работы, оказались совершенно фантастическими! Дендроид не был деревом в обычном понимании этого слова. Это было живое существо, скорее представитель фауны, чем флоры. И в то же время оно не было животным. В дендроиде сошелся совершенно невероятный симбиоз формы и содержания, не имеющий аналогов на планете. У псевдодерева отсутствовали обычные для животного органы. Не было кровеносной системы, мозга, пищеварительной системы, которую можно обнаружить у самого примитивного червя. И в то же время обнаружилась необычайно развитая нервная система и настоящие, живые мышцы, полностью заменявшие статичную древесину.

Сей организм, как самое обычное дерево, питался солнечной энергией, водой и микроэлементами почвы, и точно так же выделял кислород, поглощая углекислый газ, причем в процессе фотосинтеза участвовали не только листья, но и вся поверхность псевдодерева.

Открытия, могущие потрясти самых маститых биологов, совершались едва ли не каждый день, и профессор Галеев почти не сомневался: дендроид или псевдодерево — не земное существо. С другой стороны, в молекулярном строении дерева не нашли ни одного неизвестного науке элемента. Это был белковый организм, но настолько необычный, что для его научной классификации потребуется очень много времени. А его у профессора как раз и не было.

На этот раз Кабанов выехал на гусеничном тракторе. Он решил не торопиться. Пускай едет медленно, зато в случае стычки его «танк» запросто повалит любого ходячего гада. Позади у трактора висел ковш — он тоже мог служить оружием. В кабине находился заряженный дробовик и несколько бутылок с «горючкой». На крайний случай. Директор понимал, что такая бутылка может разжечь лесной пожар, а тогда и ему не поздоровится.

Трактор скрежетал по просеке. Было жарко. Август радовал хорошими солнечными днями, да только водителю было все едино, время для Кабанова слилось в тоскливую тягучую массу. Только война и месть пробуждали в нем желание жить и действовать.

Мутанты не заставили ждать. Между коричневых древесных стволов он разглядел уродливые черные тела.

— Вот вы где, суки!

Кабанов повел трактор на сближение, однако мутанты и не думали выходить на просеку, а въехать на тракторе в густой лес Пильщик не мог. Что же делать? Он заглушил мотор и вылез из кабины. Ладно, применим ловлю на живца!

Пильщик взял дробовик и побежал в лес наперерез дендроидам. Приблизившись к мутантам, он остановился перед ними. Интересно, куда они все ползут, мелькнуло в голове Кабанова, но сейчас он хотел одного: чтобы они ползли за ним. Он выстрелил почти в упор, проделав в теле мутанта жуткую дыру. Дерево изменило направление и пошло на него.

— Отлично, — пробормотал Пильщик, отступая. — Иди за мной, подарки ждут!

Он выстрелил во второе дерево, и оно послушно поползло следом. Выманив их на просеку, Кабанов заскочил в трактор и завел двигатель. Сейчас повеселимся!

Первого противника он протаранил с хода, опрокинул и раздавил гусеницами. Зеленая сочная плоть лопалась под стальными жерновами и размазывалась по дороге. Второй мутант попытался схватить трактор за ковш, но Дмитрий Сергеевич успел поднять его и ударить врага сверху, сминая роскошную крону. Ковш острыми зубьями разодрал дерево, пройдясь сверху донизу, срубая сучья и ветки. На черной лоснящейся поверхности остались уродливые, сочащиеся слизью шрамы. Кабанов развернул трактор и ударил мутанта ковшом сбоку, пытаясь опрокинуть. Дерево держалось и сражалось до последнего, цепляясь корнями за трактор. Один из корней с размаху залепил в стекло — директор чудом успел увернуться от летящих осколков и мог бы остаться без глаз. Все же техника оказалась сильней, и второй гигант, как и первый, закончил существование под гусеницами.