Роберт Силверберг - Через миллиард лет

Отметил место, срез, очистка, вспышка аппарата, запись, нагнуться и поднять; отметка, срез, очистка, вспышка, запись, укладка. Отметка, срез, очистка…

И тут среди розового песчаника я заметил странный металлический блеск.

Яркий блеск. То был довольно массивный кривой металлический предмет.

По характеру кривизны я определил, что это, наверное, шар или эллипс диаметром около метра. Он был отлит – или откован, почем я знаю, – из того сплава золота с неизвестно чем, который обычно использовали Высшие для всей своей механики. Поверхность шара местами гладкая, местами рубчатая.

Глубина царапин – около сантиметра.

– Келли, ради бога, тащи скорее лопату! – закричал я. – Посмотри, что мы нашли!

Я буквально приволок ее к тому месту, где из камня высовывался край находки. Лихо и точно действуя лопатой, словно скальпелем, Келли срезала кусок породы, освободив еще несколько сантиметров поверхности шара, потом еще кусок, и еще, и еще. Я руками сгребал обломки, отпихивал их с дороги.

Порезал палец. Лерой не обращал на нас никакого внимания, наверное, слишком углубился в свои записи или, скорее, мечтал о вступлении в интимные отношения с Яной. Они оба успели отойти от края ямы, а я был слишком занят крошащимися кусками песчаника, чтобы подниматься наверх и спрашивать Лероя, нет ли у него каких-нибудь инструкций.

– Хорошо идем, – кивнул я Келли. – Следуй за кривой. Видишь? Загони свою машинку пониже и…

Келли кивнула. Она была крайне напряжена, от нее чуть ли не било током. Я впервые видел андроида в таком возбуждении, но случай действительно был особый. Келли положила обе руки на рычаги лопаты и начала проходку сбоку. Режущий край вошел в центр глыбы песчаника и мягко развалил ее на две части. Я принялся убирать обломки, но тут вмешался Миррик. Он чуть отодвинул меня в сторону и сказал:

– Они слишком тяжелы для тебя, Том. Отойди. – Всунул свои клыки в щель и одним движением головы выбросил из ямы полутонную глыбу.

Отметка, срез, расчистка. Отметка, срез, расчистка. Я плавал в собственном поту. Келли, которая не могла бы вспотеть, если бы даже захотела, выглядела разгоряченной. Минут десять мы работали, как сумасшедшие, и выцарапали из камня половину шара. Я уже видел кнопки и рычажки встроенной панели управления.

На самом деле важные находки так не выкапывают. Мы трое работали в убийственном темпе, нас захватила поисковая лихорадка, мы гнали друг друга вперед, не имея ни сил, ни желания остановиться или хотя бы замедлить раскопки. Не знаю, что творилось в головах Миррика и Келли, но лично я, каюсь, грешен, больше всего хотел выкопать этот таинственный золотой шар прежде, чем появится кто-нибудь из наших старичков и отнимет его у меня.

Вполне недостойный мотив. А также демонстрация болезненного идиотизма, полного непрофессионализма и крайней беспечности, ведь неопытный аспирант вполне мог покалечить находку и навлечь на себя проклятие всех своих ученых-коллег.

Самое смешное, я успел подумать обо всем этом, но продолжал продвигаться вперед. Отметка, срез, расчистка. Указание, срез, расчистка.

Поворот, срез, расчистка. Отметка, срез, расчистка, отметка, срез, уборка…

Я выпрямился, хватая ртом воздух, и посмотрел вверх. Лерой и Яна не видели нас. Они были заняты друг другом. Нежный и трепетный Лерой уже положил Яне руку на… хм, да, бедро… Левую. Правой он боролся с магнитной застежкой ее блузки, одновременно пытаясь прижаться к губам Яны.

Яна героически отбивалась, колотя уважаемого коллегу по груди сжатыми кулачками, и все это выглядело, как сцена насилия в плохоньком кинофильме.

Как благородный человек я был обязан немедленно, одним прыжком вылететь со дна ямы на край и выкрикнуть:

– Руки прочь, мерзавец!

Желательно при этом накормить насильника его собственными зубами. Но я сказал себе, что, во-первых, Яна может сама о себе позаботиться, она взрослая девушка; во-вторых, пока Лерой занят вольной борьбой, он вряд ли будет в силах помешать нам работать. Увы, я не благородный человек. Стыд мне и позор!

Она ударила его кулаком в пах. Лерой покраснел, согнулся пополам и уронил в яму записную книжку. Яна повернулась и исчезла за пеленой дождя.

Лерой кинулся за ней с криком:

– Яна! Яна! Подожди! Позволь мне объяснить!

– Мы покинуты и предоставлены сами себе, – сказал я Келли и Миррику.

– Копаем.

И мы неудержимо принялись зарываться в камень. Келли, скорчившись в три погибели, вырезала песчаник из-под шара, а я безуспешно пытался раскачать нашу добычу и выкатить ее из каменной могилы. Миррик снова оттеснил меня, примерился и осторожно ткнул шар клыками. Тот пошевелился, но остался на месте.