Леонид Бененсон - Сердечный доктор

Преподавать я начал рано. На кафедре военно-полевой терапии. Лечить и преподавать – два очень интересных занятия, вполне совместимых. Помню, как мы с другими преподавателями «обманывали» студентов. Военно-полевой курс предполагает наглядное изучение воздействия радиации. Где вы возьмете в мирное время лучевую болезнь, чтобы показать студентам? Мы находили. Как правило, это были работники рентгеновской службы. Представьте, 60-е годы, еще медицина толькотолько начинала набирать силу. Старые рентгеновские аппараты, небезопасные. У нас хватало врачей и медсестер, которые получали избыточную дозу. Тогда, правда, тоже были те, кто не верил во «вредность». Как и сейчас. Между прочим, на заре рентгенологии медицинские работники и вовсе не знали о вредном воздействии рентгеновских лучей, работали без перчаток и подвергали кожу рук облучению. В результате у многих появлялись раны, которые видоизменялись в злокачественную опухоль – рак кожи. Только со временем пришло осознание, насколько важно защищать людей, постоянно получающих вредное облучение. Сегодня немыслимо представить этих сотрудников без перчаток и экранов. Но сколько лет потребовалось, чтобы принять эти знания как истину…

Я призываю всех, кто откроет мою книгу, всегда очень четко оценивать риски, которым подвергается пациент при проведении той или иной манипуляции. И вы, пациенты, будьте бдительны! Сегодня есть интернет, существует масса открытых знаний. Читайте, узнавайте. Не верьте на слово. Медицина постоянно развивается, и то, что вчера казалось абсолютной истиной, сегодня безнадежно устарело.

Здравоохранение 21 века живет по законам доказательной медицины. Это значит, что каждое лекарство, которое разрешено для лечения людей, проходит специальные клинические испытания. В результате таких испытаний лекарство должно подтвердить свою эффективность и безопасность. Безопасным лекарство считается в том случае, если польза от его применения превышает риск побочных эффектов. Эффективным считается препарат, который оказывает лечебное действие, превосходящее действие плацебо (пустышки). Если все ступени клинических испытаний успешно пройдены, препарат поступает в аптечную сеть. Если эффективность не доказана или побочные эффекты делают лекарство небезопасным, оно не поступает в продажу.

Мне нравится такой подход, четкий, научно обоснованный. Но некоторые методы лечения трудно уложить в прокрустово ложе доказательной медицины.

Гипноз, например, – доказательная медицина или нет? Вы же можете при помощи этого метода изменять состояние нервной системы без лекарств. В основе метода – взаимодействие личностей врача и пациента. Это достоверное лечебное воздействие, но его невозможно оценить по правилам доказательной медицины.

Толерантность в отношении методов лечения – это совсем не всегда так плохо, как об этом говорят. В конце концов: «Отбросьте слово «невозможно» и работайте с тем, что осталось», – гласит великая мудрость.

Все врачи сегодня исповедуют доказательную медицину. Но надо ли сбрасывать со счетов и эффект плацебо, и самовнушение? Наукой установлено, что эффект плацебо, то есть улучшение состояния больного, принимающего пустышку, составляет около 30 %. А еще есть эффект ноцебо, это плацебо наоборот: больной ожидает вреда от назначенного лечения, сомневается в нем и, в итоге, у него наблюдаются всевозможные побочные эффекты. А лечение не получается. Задумайтесь об этой цифре, 30 %, она не так уж мала, чтобы игнорировать эффект плацебо и не применять его на практике. Допустим, у человека проявляются тревожные симптомы. Он начитался литературы, сам определил себе диагноз, сам начал принимать какое-то снадобье, бесполезную пустышку, пропил его и симптомы прошли. И причинно-следственная связь прослеживается, как при настоящем лечении. Что, не бывает, скажете? Конечно, бывает. Я не исключаю и такую медицину. Но она изучена мало и поэтому не может рекомендоваться как достоверно эффективный способ.

Можно сказать, в борьбе за жизнь, здоровье и долголетие все средства, которые помогают, хороши. Но это только для пациента.

Врач должен прогнозировать результаты лечения, знать, когда, кому и какой препарат назначить, помнить о возрасте и поле пациента, его сопутствующих болезнях, аллергических реакциях, наследственности и многих других вводных, которые делают мышление врача по-настоящему клиническим. Ни один самый современный компьютер, сколько бы информации мы в него не ввели, не сможет назначить оптимальное лечение конкретному человеку. Почему? Потому что больной должен поверить в свое лечение, полюбить его, утвердиться в мысли, что назначенная терапия непременно принесет улучшение. Чтобы у пациента появилась такая убежденность, он должен очень доверять своему врачу. Только тогда лечение принесет максимальную пользу.