Чем больше времени вы вложили, чем больше вложили себя в свой план, тем увереннее будете чувствовать себя, и не так вас будут мучить страхи, одиночество и бесчувственные или невежественные замечания людей, у которых вы просите кучу денег или снисхождения.
Однажды кто-то спросил Дэниела Буна, случалось ли ему заблудиться? «Заблудиться не случалось, – сказал он, – но было раз три дня, когда я маленько замешался».
Стоики учили нас, что хорошо иметь инструменты, которые несложно понять и чтобы их было немного, – тогда мы можем найти их и применить моментально. Я думаю, что инструменты, необходимые для любого стоящего дела, невероятно просты. И овладеть ими очень трудно. Задача любого художника – не научиться многим, многим методам, но овладеть самым простым в совершенстве. Станиславский сказал нам, что тогда трудное станет легким, легкое – привычным, а привычное может стать прекрасным.
Важно стремление к идеалу. Стремление это дает больше возможностей подсознательному заявить о себе, а тем самым – больше возможностей проявить себя красоте в том, над чем вы трудитесь. Мне говорили, что навахо нарочно делали близны – огрехи в плетении одеял, – чтобы через них выходили злые духи.
Один современный художник сказал: «Ну, нам незачем вплетать огрехи. Мы можем стараться работать без ошибок. Бог позаботится о том, чтобы огрехов хватало – такова уж человеческая природа».
Применение этих принципов, по моему опыту, поможет вам работать настолько безошибочно, насколько это в возможностях человека, – другими словами, отнюдь не безупречно.
Вложитесь в простую задачу. Ваша преданность ей принесет вам большое удовлетворение. Само то, что вы на время отказались от Культа Себя – от увлеченности тем, какой вы интересный и какое интересное у вас сознание, – передается зрителям. И они будут чутки в высшей степени и готовы будут принять на веру всё, что вы расскажете.
Можно ли «сделать всё правильно» и получить в результате плохое кино? «Делать всё правильно» – значит двигаться шаг за шагом согласно философски правильным принципам таким образом, чтобы ваша оценка созданного была честной и сами вы были рады тому, что выполнили ближайшую конкретную задачу. Возможно так действовать и в результате снять плохой фильм? Как на это ответить? Что ж, это зависит от вашего определения «плохого». Опять же, стоики сказали бы нам так: если перед битвой ты обратился к оракулу и боги сказали, что тебя ждет поражение, не должен ли ты все равно пойти в бой? Не вам говорить, «хорошей» получилась картина или «плохой»; вам – сделать свою работу как можно лучше, насколько это в ваших силах, и, когда закончили, можете идти домой. Это тот же самый принцип, что сквозная линия. Поймите конкретную задачу, работайте, пока не выполните, и тогда остановитесь.
Стэдикам поможет в создании хорошего фильма не больше, чем компьютер в написании хорошего романа. И тот и другой – устройства, облегчающие труд, они упрощают и делают более привлекательными механические аспекты творческого труда.
«Перо сильнее шпаги» – реплика кардинала Ришелье в пьесе Эдварда Бульвер-Литтона «Ришелье» (1839).
Я знаю, что словарь определяет энтропию как меру неупорядоченности состояния. Но здесь позволю себе не согласиться с замечательнейшей книгой.
Процесс, которым мы заняты сейчас в этой, – это исследование динамики между моментом и целью. Эта динамика – в нашем обсуждении, в фильме, в театре – и придает моменту и целому силу. В прекрасной драме каждый момент служит цели, сверхзадаче, и каждый момент прекрасен сам по себе. Если момент только служит сверхзадаче, мы получаем тяжеловесную повествовательную псевдодраму, годную только как наглядное доказательство или «пьесу идей». Если момент стоит сам по себе, мы имеем только довольное собой «зрелище». Усилия, потраченные художником драмы на анализ, позволяют и ему, и публике получать удовольствие от пьесы. Если пожалеть на это время, театр превращается в ужаснейшее брачное ложе: «один из супругов шепчет: “люби меня”, а другой, надувшись: “убеди меня”».
Поль Валери (1871–1945).
Пытаемого привязывали к стулу на конце бревна и окунали в воду.
Публика примет всё, что не вызовет у нее недоверия. Поэтому блокнот должен выглядеть как минимум опрятным, иначе публика может усомниться в искренности желания героя. Опрятность книги – соображение антисептическое, а не творческое.
Читать дальше