И. Ханхасаева - Как растить оебенка

От таких вещей из дома бегут.

Но зато как запоминается все хорошее! Как трогательно оберегается и хранится детьми! Как нужны им в неприкосновенности даже крохотные детали вашего семейного уклада, если с ними связано ощущение дома, тепла, любви.

Из таких крохотных деталей складываются традиции — у каждой семьи свои, отличающие один дом от другого.

И эти же традиции становятся незаметной, но очень глубокой школой семейного воспитания.

Если дети, даже став подростками, не могут заснуть без маминого поцелуя, это значит, что и взрослыми они не смогут прожить день, не позвонив, не написав своей старенькой матери.

Если отец каждое утро сам готовит завтрак, чтобы дать маме поспать на полчаса побольше, это означает, что его сын тоже будет когда-нибудь трогательно заботиться о своей юной жене.

Если семья, в которой дети пока еще дошкольники, каждое воскресенье устраивает торжественный обед, извлекая из серванта праздничный сервиз, это означает, что и через много-много лет пожилые родители не будут сидеть за воскресным столом в одиночестве.

А в вашей семье есть традиции?

Один из моих знакомых, человек очень серьезный и умный, заметил вскользь в разговоре:

— Многие семейные пары распадаются из-за плохого воспитания супругов.

Плохое воспитание? Странно, не правда ли? Мы много в последнее время говорим о половом и семейном образовании, просвещении. А хорошее воспитание ассоциируется прежде всего с правилами хорошего тона: как держать вилку, кому уступать место в транспорте…

— А почему бы и нет? — согласился с этим мой собеседник. — Только надо всегда помнить: правила хорошего тона — всего лишь форма, а содержание ее — умение уважать других людей. И умению этому надо учить с пеленок. Иначе вырастет несчастный человек.

…Молодые супруги ссорятся из-за того, кому мыть посуду и вести утром малыша в сад. Свекровь и невестка — из-за того, как сделана уборка в доме. Коллеги, сидящие в одном кабинете, — из-за частых звонков одному из них. Перепалка в цехе — из-за чьего-то резкого замечания…

Все эти ссоры, обиды, конфликты — в подавляющем большинстве случаев просто-напросто результат того самого плохого воспитания. Когда-то давным-давно, в детстве, одного ребенка не научили, что это неприлично — сидеть с книжкой, когда мама или бабушка моют посуду. Другому не объяснили, что делать ядовитые замечания — бестактность. Третьему не сумели внушить, что на грубость не надо, не следует отвечать грубостью… Учили этих детей английскому языку и музыке, математике и истории, а вот элементарным правилам уважения к людям не научили. И вот эти невоспитанные дети стали невоспитанными взрослыми, у которых не очень ладно в семье: вечно какие-то свары, обиды… И не очень хорошо на работе: конфликты с начальством, нелады с коллегами, хотя и причин-то никаких к тому нет.

Приглядитесь внимательней: очень многие из нынешних взрослых, недовольных своей судьбой, — всего-навсего обделенные когда-то хорошим воспитанием дети.

Нет, не зря давным-давно существуют на свете правила хорошего тона. Мудрые это правила! Азбука человеческого счастья.

Я не буду описывать страсти связанные с переходным возрастом: и психология и физиология его достаточно подробно описаны в педагогической литературе, и всем нам кажется, что мы знаем об этом абсолютно все. Беда, однако, в том, что, когда все это начинается в вашей семье, вся теория уходит куда-то на задний план, а на глазах у вас начинают происходить совершенно немыслимые вещи. И, как я понимаю, у всех по-разному.

Я лоб в лоб сталкивалась с этим явлением уже дважды — с обеими дочками. Это действительно было очень тяжело, особенно со старшей. До сих пор мне помнится основное свое ощущение: все время казалось, что дочка ухнула в какую-то черную, мрачную пропасть, и больше себе уже просто не принадлежит. Кто-то злой и страшный руководит ее поступками, словами, решениями, мимикой… И не докричаться, не достучаться…

Все это было похоже на невидимую и тяжелейшую болезнь — характера, психики, всего организма. Да так, наверное, оно и было на самом деле.

А когда ребенок болен, как мы боремся с болезнью? Прежде всего тем, что помогаем самому ребенку, его организму справиться с ней… Значит, надо помогать.

Помощь эта, я считаю, была более чем примитивной, я использовала любую возможность, чтобы дать дочке отдохнуть, посидеть в тишине, побыть одной. Наверное, многие педагоги объявят мои действия абсолютно неприемлемыми, но что есть то есть: класса до восьмого Катя ходила в школу всего лишь пять, а то и четыре раза в неделю. Особенно важно это было в четвертом, пятом и шестом классах. В те недели, когда ей не удавалось отдохнуть в среду или четверг, я видела, как все тяжелеет и тяжелеет ее взгляд, как меняется выражение ее лица, как все раздражение, злее делаются интонации… И тогда вечером в пятницу я объявляла: «Катя, дай-ка я померю тебе температуру!» Придумывала что угодно: внимательно смотрела горло, разглядывала глаза, щупала железки на шее. Решение всегда было одно: «Давай-ка завтра посидим дома».