Николай Лесков - Статьи

Винный вопрос действительно теперь, по некоторым обстоятельствам, вопрос самый современный. Конечно, он и всегда имел важное значение для всех времен и для всех народов, получив происхождение свое в тумане отдаленной, седой, даже совсем оплешивевшей древности. Не будем трогать памяти библейских патриархов, чтоб из их быта вывести свидетельства и доказательства величия того значения, которое у них имело вино. Возьмем древность не менее отдаленную, но все-таки довольно почтенную. Гениальный, хотя и мифический поэт, существование которого послужило темою для множества весьма ученых изысканий, Гомер, воспевая пиры и богов и героев, прямо указывает нам, что эти разные там греческие герои и троянские генерал-фельдмаршалы, хоть бы какой-нибудь, например, Ахиллес или Агамемнон, отличным манером попивали тогдашнюю специальную, а в особенности бальзамную, изобретения туземных мудрецов и химиков. Существование бальзама — факт неопровержимый. Положим, греки пили вино виноградное, но троянцы, при обилии стад, не могли преминовать, чтоб не выкуривать и грешной сивухи из молока овец, коров и кобылиц. Может быть даже, они и до хлебной водки и до кумышки доходили, хотя, с другой стороны, можно поручиться, что… сохраняя выражение одного достопочтенного суперарбитра… они и “не созрели” для водки из картофеля.

Гомер сохранил нам в своем певучем гекзаметре даже некоторого рода ругательства, которыми… не помню, не то Ахиллес, не то Патрокл отделал какого-то героя. Под ферулою достопочтенного патера Владимира Сергеевича Печерина мы, бывало, долбили наизусть стихи из “Иллиады”, и в эту минуту как будто даже в ушах раздается звонкий гомеровский стих: Ơινοβαρές, κυνός ớμματ’ ‛έχωυ κραδίηυ δ’έλάφοιο, то есть “Ах ты, пьянюжка, собачьи глаза, трусишка поганый!”

Так уж если взятие Трои, судьба Елены и гнев Зевеса беспрестанно перемешивались с рассказами о геройских попойках Атридовичей, так как же уж теперь-то, в наши времена, водке не играть первенствующей роли, когда все наши главные капиталисты именно водкою-то и разжились? Кого хотите возьмите для образца. Вот, например, богатейший из золотопромышленников нажился от сивухи; богатейший из домовладельцев вырос на штофах; богатейший из рантьеров, предавшихся неге и роскоши, в кабаке воспитался; богатейший из банкиров вылез из подвальных; богатейший из французских писателей всем обязан единственно кабацким штучкам! Есть, конечно, Крезы, у которых мешки с золотом выудились из бочонков с казенным постным маслом, но ведь такие люди — исключения! Главное основание, так сказать, “гранитное подножие” славы и богатства, составляют или кабацкие операции, или нагревания рук на тепленьких казенных местечках. Иных путей не имелось при отживающей системе откупов.

Из № 19-го нашей газеты читатели наши видели уже, что продажа вина, при теперешней системе, может привести к следующим предположениям и выводам.

Для произращения продукта, из которого у нас гонится вино, потребно целое царство, сплошная область земли почти в 1200000 десятин; из них 800 тысяч десятин для посева ржи и более 350 тысяч десятин для посева картофеля.

Из этой громадной массы продуктов ежегодно приготовляется полугару узаконенной крепости до 60000000 ведер.

Посредством разного рода специальничанья и разбавки полугара живительными струями рек и озер эти 60000000 ведер, вероятно, превращаются в двести миллионов ведер, а этакою массою текучего вещества можно запрудить целую систему иных германских государств и даже произвести своего рода Ноев потоп на благословенной немецкой земле.

За все это терпеливый и выносливый русский народ расплачивается кровными, потовым трудом добытыми грошами, в количестве если не 750, то по меньшей мере 650 миллионов рублей серебром (разом сто миллионов с костей скидаем!).

После скандала и насилия, оглашенного уже всеми газетами, касательно экспромптированного новогоднего сюрприза, трактирщики, кроме отступившего от других г. Вольфа, не уступают пока ни на шаг перед откупом. Но откуп твердо верует, что он трактирщиков сгубит и что они рано или поздно падут ниц перед ним. Но вот теперь какой расчет. Во всех трактирах таксы на все, по милости отсутствия водки, уже сбавлены, и на кушанья, и на чай, и на вина. Публика, мало-помалу, рассчитывает, что теперь можно вместо водки пить херес и особенно портвейн, благо он крепок, и платить за это гораздо дешевле, чем прежде платилось за водку. И публика пьет теперь очень охотно и херес, и портвейн. В тех ресторанах, где до праздников в течение целых суток едва-едва выходило в расход три бутылки виноградного вина, теперь постоянно и ежедневно расходуется более сорока бутылок. Но откуп верует, что все это вздор и что рано ли, поздно ли, но он непременно покорит всякого врага и сопостата!