Роберт Монкс - Корпократия

Частью этой культуры будет новый язык, включающий экономическую теорию и при этом отражающий стремления и нужды людей гораздо полнее, чем когда-либо был способен язык современной экономики. Значения таких базовых слов, как «прибыль» и «общепринятые принципы бухгалтерского учета», расширят так, что они охватят ранее игнорировавшиеся или экстернализованные затраты. Слово «фидуциар» вытащат из-под мусорной кучи словесной чепухи и вернут ему его первичное значение — «доверенное лицо», от латинского слова fiducia, означающего «доверие» и «вера». Менеджеры говорят, что могут управлять только тем, что могут измерить. Прекрасно. Дадим им инструменты для измерения не только прибылей и убытков, но и их воздействия на общество и потом дадим им целую симфонию языков, от языка экологии до языка этики, чтобы можно было с ними говорить о том, чего можно с помощью этих инструментов добиться.

Примеров ответственного поведения, к счастью, хватает. Реформа законодательства не потребует сизифова труда, не нужно идти от штата к штату, от законодательного собрания к законодательному собранию. Существующее федеральное законодательство предоставляет основополагающие принципы определения ответственности собственника. Конечно, в вопросе об инвестициях в корпорации действие «старых» норм специально ограничивали в соответствии с доктриной «ограниченной ответственности» — вероятно, главного фактора, которому корпорации обязаны своим успехом в качестве лучшего в мире механизма по созданию богатства. Но полностью ответственность владельца никто не отменял. В то время как люди имеют законное право пренебрегать любыми правами или обязанностями, возникающими вследствие владения ими акциями, доверительные собственники, действуя в интересах других, должны максимизировать ценность имущества, переданного им в управление.

Если значение понятия «фидуциар» сегодня по большей части утеряно, эхо понятий «управление по доверенности» и «ответственное владение» еще живо. Мы сохранили эти понятия в коллективной памяти. То, что мы можем вспомнить, мы можем изобразить и воскресить. Не хватает культуры, которая бы поддерживала и развивала эти понятия, — культуры, которая бы побуждала банки, взаимные и пенсионные фонды подняться над конфликтами интересов, а университетские и благотворительные фонды — нарушить устоявшиеся, выгодные отношения во имя возвращения ответственности в нашу экономическую и финансовую жизнь. Этого, утверждаю я, нельзя добиться одними юридическими средствами. Мы должны вернуть в инвестиции этику, и особенно это касается крупных институциональных инвесторов, которые в совокупности являются мажоритарными акционерами американских компаний. Должна в конечном счете быть сформирована культура настоящей ответственности, основанная на принципе «быть хорошим выгодно». Делать благо и при этом преуспевать — вот что облекает мораль плотью.

Британские ученые — Энн Симпсон, которую давно называют «совестью британского корпоративного управления», и покойный Джонатан Кларкхэм, прекрасно зарекомендовавший себя в Банке Англии и в Комитете Кэдбери [78] Комитет Кэдбери (Cadbery Committee) — Комитет по финансовым аспектам корпоративного управления; работал в 1991–1992 годах под руководством сэра Эдриана Кэдбери; выпустил рекомендации (так называемый Cadbery Code) по улучшению распределения обязанностей в советах директоров, усилению прав исполнительных директоров, не являющихся менеджерами, контролю за вознаграждением топ-менеджеров, совершенствованию внутреннего и внешнего аудита. , писали, что корпоративная собственность значительного размера наделяет значительными обязанностями, выходящими далеко за пределы обязанностей, описываемых языком экономики. В книге «Справедливое участие: Будущее прав и обязанностей акционера» (Fair Shares: The Future of Shareholder Power and Responsibility) они пишут:

«Надлежащее функционирование рыночной системы требует ответственного корпоративного управления в силу экономических, социальных и политических причин. Экономические заключаются в том, что на рынке необходим механизм контроля над советами директоров, которые работают неудовлетворительно, чтобы предотвратить ненужное расходование ресурсов; социальные — в том, что публичные компании являются составной и ключевой частью современного общества, и их преуспевание уменьшает социальное напряжение; политическая причина в том, что компании с ограниченной ответственностью сконцентрировали такую власть и такие ресурсы, которые превзошли даже самые смелые мечты своих создателей, и те, кто осуществляет эту власть, должны нести ответственность за то, как они это делают. Власть и влияние руководителей компаний во внутренней — и даже во внешней — политике очень велики».