С другой стороны, в Москве сохранилась под дотационным патронажем департамента культуры сеть детских кинотеатров. Их семь, а когда-то было 18. Все они отремонтированы и оснащены цифровым оборудованием. Но чем им заполнять репертуар? Коммерческое кино можно показывать только по коммерческим ценам, а в таких кинотеатрах цены льготные и фиксированные — от 30—50 рублей (абонементные показы, старое кино), 100 рублей (кино аналоговое), 250 рублей («цифра», 3D). Есть и другая проблема — возник очередной модернизационный проект превратить эти кинотеатры в «молодежные кинокультурные центры».
Лариса Преториус, директор «Салюта» и организатор масштабных фестивалей детского кино, кажется, единственная, кто этим озабочен. Она уверена: «Меняется идеология работы с аудиторией. Молодежные центры — дорога в никуда. Название «детский» было охранной грамотой. Отказавшись от нее, развязав себе руки, можно делать в отремонтированном здании что угодно. В лучшем случае получим рядовые мультиплексы. При этом потеряем льготные ценовые позиции, благотворительные бесплатные сеансы и т. п. Конечно, эволюция детских кинотеатров необходима. Но тут должны быть воля и общие усилия всех департаментов московского правительства — образования, молодежной политики, социальной защиты.
Вот появилась идея показа ста фильмов в школах. Почему в школах? Когда дети приходят в кинотеатр с педагогом, обсуждают фильм — это уже культурное событие. А бывает, что школьники, видя киноэкран, говорят: «Ой какой большой телевизор».
Телевизор и дети — отдельная проблема. Тут снова сталкиваются коммерческие интересы и специфика работы с детской аудиторией. Да, телеканалы вместо детского кино предлагают кино семейное. Но это вовсе не одно и то же. В семейное, то есть созданное для совместного просмотра детей и взрослых, можно запихнуть любую рекламу. В детское — по закону нельзя, что достаточно лицемерно. Да, телеканалы живут рыночными законами, поэтому можно понять их принцип: нет рекламы — нет кино. Но можно подумать, дети не видят взрослой рекламы. Хотя бывают коммерческие ролики, где сюжеты крутятся вокруг семейных праздников, досуга и пр. Да, запустили детский телеканал — замечательно, но он рассчитан на аудиторию максимум до десяти лет, а подростки остались без внимания. В общем, куда ни посмотри — везде детское кино в загоне, в дефиците или в отказе.
Правила съема
Знаменитую фразу классика о том, что для детей надо писать так же, как для взрослых, только лучше, в советское время заездили. Сегодня вспоминают редко — нет предмета для разговора. С книжками получше, чем с кино, но проблемы те же. А ведь хорошая детская книжка как раз и становится часто основой для хорошего кино. Ну нельзя же одного Гарри Поттера «юзать»! Впрочем, в сфере кинематографа госзаказ на детей появился. В этом году государство впервые выделило детское кино в специальное направление внутри системы господдержки. Полтора миллиарда рублей, распределяемых через Минкультуры и Фонд кино, — сумма приличная. Но, как обычно, механизм запускается крайне медленно, в итоге конкурс поданных на госфинансирование проектов еще не завершен, а летний сезон, самый важный для съемок, упущен. Мало кто решится запуститься на свой страх и риск до получения гранта.
Однако такие случаи бывают. В прошлом году вышла «Реальная сказка», запущенная как собственное производство студией «Централ Партнершип» и только на уровне постпродакшн поддержанная государством. В прокате фильм заработал чуть больше полутора миллионов долларов против пятимиллионного бюджета — провал. В сентябре выходит на экраны долгострой «Сказка. Есть», снимавшийся пять лет. И все... А сколько проектов так и не дошло до финишной прямой?
Словом, все это доказывает, что сегодня коммерциализировать идею детского кино нельзя. Инвесторы в такой рискованный бизнес вкладываться не хотят. Так что государство — единственная надежда, опора и кубышка. К тому же для него детское кино является типичным имиджевым проектом — любые критики отнесутся с бо'льшим пониманием, чем к якобы социально значимым блокбастерам.
Продюсер Наталья Мокрицкая («Изображая жертву», «Юрьев день», «День учителя») решила заняться детским кино осознанно — не как разовой акцией. Она считает, что по большому счету дело упирается не только в деньги: «Без денег невозможно снять любое кино. Но детское — особая вещь. Оно или получается, или нет. Даже в советское время, когда в индустрии работала сотня хороших режиссеров, детское получалось у единиц. К этому надо иметь особый талант и особую интуицию. Кроме того, раньше в детском кино у нас работали лучшие композиторы, художники, актеры. Они его выбирали как знак качества. К тому же там было больше свободы как в постановке проблем, так и по части остроумия. Достичь такого уровня сегодня очень трудно».
Читать дальше
