Как пришить старушку
«Киллер Джо»— нуар в стиле Тарантино в исполнении ветерана Уильяма Фридкина, постановщика «Французского связного» и «Изгоняющего дьявола». Семейка Смитов состоит из тупых и еще тупее. И выход из финансового тупика они видят только в убийстве непросыхающей матери семейства — можно получить 50 тысяч по ее страховке. Наняв полицейского, который иногда подрабатывает киллером (Мэтью Макконахи), они попадают в кровавый водоворот, снятый одним из лучших современных операторов, Калебом Дешанелем. Для Макконахи эту роль можно считать перезапуском актерской карьеры и удачной сменой амплуа героя-любовника. Он уже получил за нее несколько наград. В прокате с 7 февраля.
Глобальный трэш
Только посмотрев на афишу спектакля Константина Богомолова «Идеальный муж. Комедия»,нетрудно догадаться, что в МХТнас ждет очередная провокация буйно фонтанирующего режиссера. Здесь не поминаются персонажи этой пьесы Оскара Уайльда, перечень действующих лиц возглавляет Дориан Грей, но в нем обнаруживаешь и трех сестер (из Ростова, Минска и Гжели), и отца Артемия, и Папу с Мамой, родивших киллера. Уже понятно, что публика поделится на гневную и восторженную. «Трэш» — наиболее правильное слово для характеристики того общества, о котором мы рассказываем эту историю. «Глобальный трэш», — признается постановщик. Предпремьерные показы 10, 11 февраля.
Чтобы дети не плакали
10 февраля в клубе «Китайский летчик Джао Да» выступит Псой Короленко— легендарный шансонье и абсурдист, или, как еще в 90-е его прозвали в СМИ, «молодежный филолог и акын». По выступлениям Короленко можно достоверно судить о состоянии сегодняшней столичной богемы и верности ее некоторым радикальным художественным традициям начала прошлого века, в диапазоне от Хлебникова и Хармса до Александра Вертинского. Короленко — культовая фигура, и ни один его концерт не проходит без аншлага. Вопрос в том, вытащит ли он на публику что-нибудь новое или, наоборот, хорошо забытое старое. Но на закуску наверняка будет исполнен бессмертный хит «Я хочу, чтобы дети в России не плакали».
Не спелись / Искусство и культура / Художественный дневник / Что в итоге
Не спелись
/ Искусство и культура / Художественный дневник / Что в итоге
В Фонде кино — новый руководитель. Вместо Сергея Толстикова развивать проекты и политику фонда станет Антон Малышев. Впрочем, это не то чтобы большая новость. Уже летом, когда состоялись новые назначения в Министерстве культуры и начались разговоры о разработке «дорожной карты» развития кинематографа, стало понятно, что речь идет о новой команде, поэтому вот-вот закачаются под кем-то начальственные кресла. В кулуарах, конечно, назывались и имена претендентов. Антон Малышев был едва ли не первым в списке. Что вполне понятно: выпускник ВГИКа, продолжатель династии, сын нынешнего ректора нашей киношколы, в прошлом всеми любимого директора Госфильмофонда Владимира Малышева, имеет не только продюсерский, но и большой административный опыт. В этом году ему исполняется всего лишь 34 года, а карьеру иначе чем стремительной не назовешь: предыдущая должность — помощник полпреда президента в Центральном федеральном округе. До этого Антон Малышев работал в управлении президента по внутренней политике, куда ему на смену пришел Иван Демидов, нынешний замминистра культуры, курирующий кинематограф.
Новостью для меня лично стала кулуарная реакция в киносреде. Многие вдруг начали страшно жалеть «бедного Сережу Толстикова», которого три года назад сами же называли ничего и ни в чем не понимающим варягом (до этого он работал в Альфа-Банке и «Трансмашхолдинге») и были готовы порвать в клочья. Да что там, всего лишь полгода назад Толстиков в общественном мнении был просто неизбежным злом, к которому надо ходить на прием, как-то пытаться договариваться, потому что у него деньги! Конечно, деньги штука скрепляющая, и, войдя в круг грантополучателей от фонда, поневоле, наверное, меняешь точку зрения на это звено в системе господдержки кино. И все-таки непонятны мне эти сожаления. Напоминают эпизод из «Республики ШКИД». Помните, там был псевдоучитель словесности, который, заискивая перед главными заводилами среди бывших беспризорников, пообещал, что с ними споется. И пели они на всех уроках куплеты: «Не женитесь на курсистках, они толсты, как сосиски…» Когда же его изгоняли из школы, он восклицал: «Прощайте, други, я много не успел! А столько было задумано! И систематические походы в оперу, и вольное чтение русской классики…»
Читать дальше
