В 1972 году было принято решение о регулярной разработке Комплексной программы научно-технического прогресса СССР (КП НТП). Она составлялась каждые пять лет с горизонтом двадцать лет. Разработка документа была поручена Академии наук СССР и Госкомитету по науке и технике (ГКНТ) СССР с участием республиканских и отраслевых академий наук, министерств и ведомств СССР и союзных республик, научно-исследовательских и проектных институтов.
Достижением КП НТП стали сбор, систематизация и анализ обширных прежде не используемых данных. В разработке КП НТП на 1991–2010 годы принимало участие около трех тысяч ведущих ученых и специалистов. «Но их работа была востребована не в полной мере, — рассказывает Борис Салтыков. — КП НТП не включала в себя значительный сегмент народного хозяйства — “девятку”, девять оборонных министерств. В Госплане использовали подробнейшие данные, собранные в КП НТП, и ее блестящую аналитику, но выводы оказывались невостребованными. К сожалению, нередко планы формировались не на основе прогноза, а исходя из политических соображений “догнать и перегнать”. При этом вся КП НТП была с грифом ДСП, а некоторые разделы и вовсе секретными». Кроме того, недостатками КП НТП были упор на экстраполяцию трендов, несогласованность и несвязность материалов разных разделов вследствие ведомственной структуры народного хозяйства, стремление к однозначности прогнозов и оценок.
Впрочем, последняя КП НТП на 1991–2010 годы уже допускала «различные варианты развития», то есть фактически взяла на вооружение сценарный метод. Предлагая «инвестиционно активный» и «социально ориентированный» варианты, основным КП НТП называла последний. А ее задачи поразительно напоминают беспрерывно обсуждаемые в последние годы правительством России. Центральным вопросом первого этапа КП НТП обозначала «обеспечение режима интенсивного ресурсосбережения» всех традиционных видов ресурсов. Второй задачей было формирование «предпосылок для разработки и внедрения принципиально новых технологий, создания нового структурообразующего ядра народного хозяйства». Им на втором этапе должны были стать «передовые наукоемкие отрасли»: электронная промышленность, производство ЭВМ и информационных систем, приборостроение, электротехническая промышленность, производство новых конструкционных материалов, биотехнологии. Слово «нанотехнологии» тогда еще было не в ходу.
КП НТП была попыткой прорыва в управлении народным хозяйством, но осталась порождением технократов, не вписывающимся в директивную советскую систему управления. Руководство страны уже понимало необходимость прогнозирования, но еще не знало, для чего оно нужно, как его осуществлять и что делать с результатами.
В 1990-е интерес к теме прогнозирования был потерян. В 1996 году Правительственная комиссия по научно-технической политике утвердила десять приоритетных направлений развития науки и техники и семьдесят критических технологий. Однако какого-либо значимого влияния это ни на что не оказало.
В 1997–1998 годах при участии более чем тысячи ученых и специалистов была проведена оценка состояния и перспектив развития критических технологий. Наличие технологических заделов и инновационного потенциала, важность для страны были оценены более чем по 250 технологическим областям. «Оказалось, что, по мнению экспертов, Россия сохраняет лидирующие позиции лишь по двум из семидесяти критических технологий. При этом имеющих довольно узкую сферу применения: “трубопроводный транспорт угольной суспензии” и “нетрадиционные технологии добычи и переработки твердых топлив и урана”. По большинству областей знаний, находящихся на переднем крае технологического развития, — информационные технологии, связь, биотехнологии — российские разработки значительно уступали зарубежным», — рассказывает Александр Соколов, директор Форсайт-центра ВШЭ.
На основании этой экспертизы был сформирован утвержденный в 2002 году президентом перечень из девяти приоритетных направлений развития науки, технологий и техники и 52 критических технологий. Однако и этот стратегический блин вышел комом. «Перечень охватывал практически все сферы деятельности и позволял при желании отнести к числу важнейших практически любой исследовательский проект. Например, критической технологией была названа “поиск, добыча, переработка и трубопроводный транспорт нефти и газа”», — объясняет Александр Соколов.
Читать дальше
