Карл Проффер - Ключи к Лолите

lim plim bs {116}[такого сочетания нет, а есть "limpid lovely limbs" — "прозрачных, прелестных конечности"]

бархатистым покрывалом

патологически- бесстрашными

полным- полна блошек

практичен… и быстр

придорожным бабьём

притворного блаженства

Или «д» и "т":

анек дотическим акцен том

каска ды клозе тов

о динокому у толению

ору довал лиф том

о тзывчивая без дна

све те сво да

смра ди смер ть

с тарая дурында

террако товых и дио тов

эту дрожь, этот толчок

я да в корне тела

Реже встречаются чередования «в» и "ф":

вернул фотографию

вокруг фонаря

фарсовым про вансальским

фиолетовыми вуалями

флоре ко вра

Или «з» и "с":

в здрогу-и-в схлипу

зарыдать от страсти

ка скады кло зетов

светло- серым в зором

старое звено

у зкой спиной

у знает с сожалением

Есть в тексте также и сопоставления сонантов ("м" и "н"):

к нижку ко миксов

мреющую к нигу

раз меченной мелом па нели

тош нит от мальчиков

чи нным за меча нием

Особенно часто используются сочетания сонантов «р» и "л":

ба рба рисовый леденец

г лоток го ряченького

де ржал и г ладил

ко ридорный к лозет

ко рне те ла

п риспособ ления х руста лика

со лидный и се рьезный

стукну ла две рь

т рех лет

Можно не сомневаться, что настанет день, когда компьютеры будут способны ответить на ряд вопросов относительно стиля. Подозреваю, что компьютерные исследования продемонстрируют удивительное постоянство в использовании определенных приемов тем или иным писателем. Я провел приблизительное статистическое исследование по сравнениям, когда писал свою предыдущую книгу, и с удивлением обнаружил, что в таких разных произведениях, как "Моби Дик", "Преступление и наказание" и "Мертвые души", частота использования сравнения очень постоянна. То есть, если подсчитать количество сравнений на каждые двести пятьдесят страниц текста, то с большой долей вероятности можно предсказать, что на любом пятидесятистраничном отрывке количество сравнений будет приблизительно одинаковым — порядка двадцати процентов от общего числа. Если это действительно так и если подобные исследования различных тропов, риторических фигур и т. д. дадут аналогичные результаты, то из этого следует, что во вполне реальном и буквальном смысле стиль — это человек (или наоборот), что каким бы индивидуальным ни был стиль, в письме каждого человека присутствует значительный элемент автоматизма {117}.

Из каких бы философских предпосылок ни исходить и как бы трудно ни было анализировать стиль, с уверенностью можно сказать, что для определенных писателей характерны определенные риторические приемы. К примеру, ни один латинист не спутает округлые периоды Цицерона с разнокалиберными предложениями Тацита. Из любви к симметрии и пропорциональности Сэмюэль Джонсон с почти механической повторяемостью использует приемы параллелизма и противопоставления {118}. Один уважаемый советский ученый утверждает, что в произведениях Чехова наблюдается отчетливая тенденция использовать прилагательные, наречия и глаголы в группах по три слова. Существует предположение, что для прозы Толстого, особенно для его длинных предложений, характерны сбалансированные тройные риторические обороты: три параллельных придаточных одного типа, за которыми идет три придаточных другого типа, в одном из которых обычно есть три параллельных предложных фразы, и т. п., что в точности повторяет манеру классической риторики Цицерона {119}.

Я уверен: если провести компьютерное исследование «Лолиты», обнаружится, что в этом романе чаще всего встречаются риторические и синтаксические фигуры, состоящие из «пар», а не «троек». Набоков питает слабость к уравновешенным парам, своего рода вербальным братьям, иногда абсолютным двойняшкам, а иногда даже сиамским близнецам. Такие парные конструкции я буду называть «дублетами», подразделяя их на различные типы в зависимости от вида повтора, параллелизма или противопоставления. Один из типичных видов дублета имеет повторяющееся слово и семантический параллелизм: