Слушая Александра Оскаровича, мы вспоминали, как морские пехотинцы, врываясь в землянки к фашистам, будили спящих: «Пусть посмотрят перед смертью в лицо Балтфлоту! Нас не уничтожили в Петергофе, мы живы!»
Лейбович хранит листок радиопередачи Ленинграда «Говорит Краснознаменный Балтийский флот» с выступлением Михаила Чекалина:
«Я только что приехал с фронта в город Ленина и счастлив, что имею такую возможность рассказать по радио о героических делах моряков-лыжников.
Никогда не забудут моряки-балтийцы мужественного и бесстрашного лейтенанта Зубкова.
Смелым и дерзким налетом он со своим взводом моряков ворвался в расположение немецких укреплений и беспощадно истреблял гитлеровцев. В это время в нескольких метрах от лейтенанта Зубкова затрещал пулемет. Это открыл огонь искусно замаскированный дзот противника.
Огонь не давал возможность поднять головы. И тогда, презирая смерть, поднялся во весь рост сильный и страшный в гневе балтиец Зубков.
Он бросился вперед, закрыл своим телом амбразуру вражеского дзота и этим заставил замолчать пулемет противника.
Пронзенный несколькими пулями, лейтенант Зубков в последний раз крикнул: «Вперед!»
Моряки ринулись в атаку, мстя за любимого командира…
Мы, бойцы-балтийцы, вместе с Красной Армией, вместе с ленинградцами отстояли от врага свой любимый город. Мы сражаемся, будем сражаться, чтобы каждый наш удар отбрасывал врага на запад».
— Мы, ветераны морской пехоты, хотим, — сказал полковник Лейбович, — чтобы подвиг старшего лейтенанта Зубкова стал достоянием нашего народа, особенно молодежи!
Петергофская земля хранила долгие годы тайну не об одном лишь десанте. Теперь мы знаем и о разведчиках, моряках-лыжниках, уходивших туда в зимние ночи блокады, и о бойцах морской пехоты, державших ледовую оборону, громивших фашистов на островах Балтики.
Ведь наш рассказ и о тех, кто пришел на смену петергофскому десанту, чтобы довести дело, завещанное кронштадтскими моряками, до конца.
Помнят героев-десантников и моряки нынешнего Военно-Морского Флота. Незабываемой была встреча с героями морских десантов 1941–1945 годов в гвардейской части балтийской морской пехоты.
Рослые, загорелые ребята в форме морских пехотинцев, в беретах с золотыми якорьками встретили сердечно, как старших, как своих отцов, тех, кто в годы Отечественной войны стоял насмерть на ленинградских рубежах, лежал в боевых «секретах» на кронштадтском льду; кто, выполняя завет погибших, шел с боями на запад в многочисленных десантах, взвивая над поверженными фашистскими укреплениями опаленное боями знамя.
Ветераны с уважением и гордостью осматривали современную военную технику, плавающие танки, которые с десантных кораблей идут в кипящие волны, проходят по дну, чтобы ринуться в назначенную минуту на занятую «противником» землю.
Да, сегодня «противник» условен. Но, знакомясь с этой техникой и отличными волевыми моряками, умению которых доверена боевая мощь созданного советскими людьми оружия, участники сражений 1941–1945 годов по-хорошему завидовали своим сыновьям.
«Каждый наш удачный десантный бросок, выстрел, поражающий цель, наш слитный строй, — говорили на обсуждении повести гвардейцы, — это продолжение дела погибших героев, песня о них!»
Мы рады и тому, что наши предположения и выводы подкреплены уже после опубликования повести авторитетными свидетельствами таких военачальников, как командующий Краснознаменным Балтийским флотом в годы Отечественной войны адмирал В. Ф. Трибун, член Военного совета КБФ вице-адмирал Н. К. Смирнов, начальник штаба КБФ адмирал Ю. А. Пантелеев.
Командовавший в те дни Ленинградским фронтом Маршал Советского Союза Г. К. Жуков в своей книге «Воспоминания и размышления» также воздал должное действиям морского десантного отряда в Петергофе.
Он пишет:
«…Моряки действовали не только смело, но и предельно дерзко. Каким-то образом противник обнаружил подход десанта и встретил его огнем еще на воде. Моряков не смутил огонь противника. Они выбрались на берег, и немцы, естественно, побежали. К тому времени они уже были хорошо знакомы с тем, что такое «шварце тодт» («черная смерть»), так они называли морскую пехоту.
К сожалению, я не запомнил фамилию мужественного моряка-командира отряда морского десанта. Увлекшись первыми успехами, матросы преследовали бегущего противника, но к утру сами оказались отрезанными от моря, и большинство из них не возвратилось.
Читать дальше