Говорила она о давних событиях с улыбкой. Жизнь её складывалась нормально. Сейчас она работала именно в этом кафешантане, исполняла цыганские романсы.
«Почти коллега», – подумал Утёсов.
* * *
Вернувшись из Тульчина, почувствовавший вкус к публичным выступлениям и аплодисментам зрителей Лазарь Вайсбейн мечтал об актёрской деятельности. Он пытался наладить контакты в театральном мире и случайно познакомился с артистом Василием Скавронским – милым, доброжелательным человеком. Вот уж у кого были связи в театральной среде, так это у него. Не в «первой лиге», конечно, но всё же достаточно многообразны, чтобы самому держаться на плаву и другим помогать.
Вскоре после знакомства Скавронский предложил Леде сыграть с ним в дачном театре пантомиму «Разбитое зеркало». Эту смешную вещицу показывали в концертах многие артисты. Содержание её далеко от интеллектуального: денщик офицера нечаянно разбил зеркало и, боясь гнева своего господина, встал в раму, в точности повторяя все его движения. Леонид играл денщика. Они выступили один раз в дачном театре на Большом Фонтане под Одессой. На этом дело и кончилось. Но специально к представлению Лазарь Вайсбейн по предложению Скавронского (тоже, к слову, урождённого Вронского) придумал себе звучную сценическую фамилию.
«Как вы яхту назовёте, так она и поплывет», – поётся в мультфильме "Приключения капитана Врунгеля".
Для выбора псевдонима существуют разные принципы. Иногда корнем служит собственное отчество или имя супруги. Поэтому фамилии Игоревых, Борисовых и Таниных часто встречаются на страницах газет. Популярен и географический принцип. Отсюда пошли всякие Араратские и Калужские. Иные псевдонимы прочно прикипают к человеку, и новое имя становится незаметным в сонме других часто встречающихся фамилий.
Такого снайперского попадания при выборе псевдонима, как у Утёсова, и припомнить трудно. Казалось бы, за основу взято простое русское слово, всем известное, всем понятное. Почему же нам никогда не встречались люди с такой фамилией? Ведь редкий предмет не послужил человеку в качестве прозвища, через поколения укрепившееся в фамилии потомков. Утёс-то почему обошли? Ведь просто и красиво.
Так либо иначе эту придуманную себе семнадцатилетним одесситом Лазарем Вайсбейном фамилию можно считать одной из больших удач в его жизни. С годами она стала нарицательной. Это – его фирменный знак, говоря по-нынешнему, бренд. Стоит её произнести, как снимаются все вопросы. Никто не спросит: "Это про какого Утёсова вы говорите?" Он – единственный и неповторимый. Других просто нет. Раз Утёсов – значит, популярный певец, артист, руководитель оркестра, полномочный представитель Одессы. Утёсов для всех Утёсов. Фамилия постепенно так приросла к нему, что не оторвать.
P. S. Однажды после концерта к Леониду Осиповичу за кулисы пришёл незнакомый человек и стал уверять, что хорошо знал его родного брата Кольку Утёсова. Напрасно артист уверял посетителя в том, что не имеет брата с таким именем. Визитёр был непреклонен. Нет, я знаю точно – Колька Утёсов ваш родной брат.
– Смею вас уверить, мне лучше известны мои близкие родственники. Тем более что Утёсов – это мой псевдоним. Моя настоящая фамилия Вайсбейн, я – еврей…
– Леонид Осипович! – воскликнул гость. – Зачем вы на себя наговариваете!
* * *
После однократного показа «Разбитого зеркала» других предложений артисту Утёсову не поступало. Чтобы Лёдя не сидел без дела и зарабатывал хоть какую-то копейку, отец послал его к своему брату-близнецу в Херсон. Наум держал магазин скобяных товаров. Быстро поняв, что торговля и он несовместимы, Утёсов вернулся в Одессу. И очень вовремя – потому что на горизонте опять возник его добрый ангел Скавронский. На этот раз Василий рекомендовал Леонида антрепренёру Кременчугского театра Шпиглеру, куда и сам подрядился – первым любовником. Не имеющего опыта Утёсова взяли туда на хороших условиях.
В августе 1912 года он уехал в Кременчуг. Работая в этом театре под руководством известной провинциальной актрисы Анны Андреевны Арендс стала для Утёсова хорошей школой театрального и эстрадного мастерства. Это был театр миниатюр, где в один вечер давали и драму, и водевиль, и эстрадные номера. Новобранец Леонид играл сценки, скетчи, одноактные оперетты, пел куплеты, танцевал. Пользовался у зрителей большим успехом. А публика здесь искушённая. Приехав туда, семнадцатилетний юноша сразу обратил внимание на то, что стены и заборы этого захолустного городка щедро украшены так называемыми "зазывными" афишами. Особенно ему запомнилась такая: "Сегодня в драматическом театре будет представлена пьеса "Отелло" Уильяма Шекспира, любимца кременчугской публики".
Читать дальше