Иосиф Лаврецкий - Миранда

Напрасно Исполнительный комитет требовал от епископа Каракаса испанца Коль-и-Прата заявить верующим, что землетрясение такое же обычное природное явление, как дождь, град, молния, не имеющее ничего общего с политическими системами и реформами, осуществленными патриотами в Венесуэле. Коль-и—Прат отказался выполнить требование правительства, более того, он объявил, что «суверенный творец природы, властвуя, управляя и руководя подчиненными ему силами, использует их для наказания порочных людей и для раскаяния грешников».

Монтеверде сразу сообразил, какую выгоду он может извлечь из постигшего страну бедствия. Не теряя времени, он оставил Карору и поспешил в соседний город — Баркисимето, республиканский гарнизон которого почти полностью погиб во время землетрясения. Овладев и этим городом с такой же легкостью, как и предыдушим, Монтеверде извлек из-под руин ружья и пушки и, увеличив число своих сторонников до тысячи человек, снова на свой страх и риск двинулся дальше. Теперь он намеревался захватить город Сан-Карлос, расположенный на подступах к Валенсии.

Успешное наступление Монтеверде вызвало дальнейшую активизацию контрреволюционных элементов в Каракасе и других городах, находившихся под контролем патриотов. Враги республики, среди которых руководящую роль играли церковники, повсеместно организовывали заговоры, под их влиянием участилось дезертирство из республиканской армии.

Пытаясь задержать контрреволюционную волну, угрожавшую захлестнуть республику, Исполнительный комитет издал 16 апреля декрет против «предателей, бунтовщиков и врагов правительства», предписывавший военно-полевым трибуналам карать их смертью. Необходимая мера, но она не воплощалась в жизнь, ибо среди самих сторонников республики царило большое смятение и неуверенность. Это проявилось, в частности, в том, что командующим вооруженными силами республики был вновь назначен маркиз дель Торо, хотя всем было известно, что этот почтенный аристократ весьма преклонного возраста ничего не разумел в военных делах.

Маркиз дель Торо провел несколько недель бездействуя, а потом отказался от своего поста. Были потеряны ценные дни, которые использовал для укрепления своих сил Монтеверде. И только когда его сторонники захватили далеко в льяносах город Калабосо, а сам он подошел вплотную к Валенсии, правительство, наконец, решилось вновь призвать на помощь Миранду. 23 апреля ему было сообщено, что он назначен главнокомандующим армией Венесуэльской республики и наделен неограниченными правами принимать любые решения с целью защитить территорию страны, которой угрожают враги «колумбийской свободы».

Назначение Миранды генералиссимусом венесуэльской армии было сделано вопреки желаниям влиятельной группы аристократов латифундистов, стремившейся к компромиссу с испанскими властями. Современник этих событий Хосе де Аустриа в своей книге «Очерк военной истории Венесуэлы в период войны за независимость» отмечает, что Миранда получил свой пост «против воли весьма значительной группы деятелей». Зато у истинных патриотов приход Миранды к власти вызвал неподдельный энтузиазм. Один из них, адвокат Санс, писал ему: «Мой генерал, мой друг, гражданин — ревнитель свободы! Победа, победа, победа! Санс может спать спокойно, когда командует Миранда. Враги внутренние и внешние, трепещите!».

Миранда энергично взялся наводить порядок в республиканской армии. Он призвал в ее ряды нескольких опытных иностранных военных. Среди них были французы, участники революции, нашедшие убежище после победы наполеоновского переворота на Антильских островах, откуда по зову Миранды они перебрались в Венесуэлу.

Комендантом военно—морской крепости Пуэрто—Кабельо, где имелся крупный арсенал, был назначен один из ближайших соратников Миранды, Симон Боливар, произведенный в полковники после подавления мятежа в Валенсии.

К 1 мая Миранда привел в боевую готовность свою армию и стал продвигаться к Валенсии, где намеревался дать бой Монтеверде. Но канарский моряк опередил его. Монтеверде удалось первому подойти к Валенсии, выбить из нее республиканский гарнизон и захватить город, считавшийся одним из оплотов роялистов.

Узнав о падении Валенсии, Миранда не решился бросить свои войска на штурм города. Он по предыдушему опыту знал, что это слишком рискованно.

Миранда останавливается на полпути между Валенсией и Викторией, где ждет выхода Монтеверде из города. Это была роковая ошибка и далеко не последняя из совершенных им в этой злосчастной кампании. Между тем Монтеверде, несмотря на одержанные победы; проявляет нервозность. Его воинство, находившееся все время в походе, уже почти выдохлось, он ощущает большой недостаток в оружии и в боеприпасах, у него совсем нет артиллерии. Монтеверде шлет слезные послания в Коро, умоляя о подмоге. Но Миярес, полагая, что Монтеверде ввязался в безнадежную авантюру, к тому же еще и без его разрешения, отказывает ему в какой—либо помощи.