Федор Раззаков - Страсть

Все выходят из декорации, а Быков укладывается на кровать: «Леночка, не уходите, давайте оговорим сцену дальше». Подруга его чуть с партикаблей не упала. А мне что делать? Сказать: «Ах, что вы, после того, как вы меня так поцеловали, я с вами и говорить не хочу»? Сажусь рядом на стул. Он делает вид, что ему плоховато с сердцем, а сам берет меня за руку, ресницы смежил, чтобы лучше видеть, как реагирую, и тихо так говорит: «Лена, что делать, вы такая красавица, я в вас влюблен, а у вас, говорят, молодой красивый муж? Как же быть?» Я руку забрала: «Никак не быть, роли свои играть». Ответила – и вышла из декорации. Больше он ни с кем на съемку не приезжал. А дальше, как говорят, «сюжет, достойный кисти Айвазовского». Ролан потом признавался, что за всю жизнь таких осад не предпринимал…

Мы встретились в очень плохой период его жизни – он уже несколько лет был холост: когда-то большая любовь его с выдающейся актрисой Князевой закончилась. Кроме того, его сняли с замечательной роли Искремаса в картине «Повесть об Искремасе» (в прокат фильм вышел под названием «Гори, гори, моя звезда», роль Искремаса в нем играл Олег Табаков. – Ф. Р.). На полке лежали «Комиссар» А. Аскольдова и «Проверка на дорогах» А. Германа. Умер его большой друг – великий клоун Л. Енгибаров, которого Ролан считал гением. В общем, печалей хватало. И любви в его жизни не было. Он уже и не верил, что она может случиться. В ту пору Михаил Жванецкий, пережив свою личную драму, сказал ему: «Нам остался только МОП». – «Что значит МОП?» – спросил Ролан (оба много ездили). «МОП – это младший обслуживающий персонал: официантки, стюардессы и т. д. Серьезной любви уже не будет, Ролан».

Ролан пообещал себе, что без любви жить не будет. Он долго искал ее, но не находил. Любил всех – и никого. Поэтому, когда мы встретились, он много раз говорил: «Это чудо. Я ни во что не верил. Я не верил, что смогу полюбить. Тебя Бог выдумал и послал мне». «Почему выдумал и послал?» – спрашивала я. «Мне надо не просто полюбить – мне нужно принести женщине дань. А тебя Бог выдумал такую, какую мне надо. Красивая и смешная девочка-журавлик на длинных ножках. Умница и хороший парень. Да еще и актриса замечательная. Это, конечно, слишком. Но ты полюбишь, полюбишь меня. Заиграешься. Я хорошая команда».

А теперь послушаем слова Ролана Быкова: «Фильм «Докер» был ужасный, это единственная моя роль, которой стыжусь, но я благодарен судьбе, что она подарила мне встречу с Леной…

Когда мы только поженились, меня в разных компаниях несколько раз встречали фразой: «Здравствуйте, Ролан Антонович! Какая у вас чудная дочка!» Представляете, что со мной происходило? Я в бешенстве шипел: «Лена, купи себе что-нибудь солидное. Не ходи девочкой». А какая это была девочка!»

Отмечу, что после «Докера» творческий дуэт Быкова и Санаевой успешно продолжился в картинах «Приключения Буратино» (1975, незабываемые лиса Алиса и кот Базилио), «Деревня Утка» (1976) и др. В 1974 году в фильме «Автомобиль, скрипка и собака Клякса» Быков собирался снять своего пасынка Павла, но не получилось. Зато он привозил парня на съемки в Сочи, где тот здорово отдохнул, несмотря на то, что эта поездка далась им с большим трудом. Дело в том, что родители Елены – Лидия и Всеволод Санаевы – плохо относились к Быкову и считали, что их дочь сделала неправильный выбор. Мама дочери так и говорила: «Он тебя высосет и выбросит». Вообще, Лидия Санаева была женщиной деспотичной и помыкала своими родными при любом удобном случае. И то, что ее дочь посмела уйти жить к другому мужчине, она считала предательством с ее стороны.

Вспоминает Павел Санаев: «Крики, проклятия и манипуляции чувством вины были главным оружием бабушки. Она нас любила, но с такой тиранической неистовостью, что ее любовь превращалась в оружие массового поражения. Противостоять бабушке не мог никто. Встреча с Роланом Быковым стала для мамы шансом изменить соотношение сил в свою пользу. Когда мама вышла из-под контроля бабушки, та не могла этого простить Ролану.

Быкова причисляли к врагам семьи очень долго. О нем ходило много слухов, которые, разумеется, в нашем доме всячески раздувались. «Связался черт с младенцем!» – патетически повторял дедушка, убежденный, что Ролан не только с мамой «не монтируется», а еще и «испортит ее и выбросит вон». Бабушка тоже твердила, что спасает меня, больного, отдавая последние силы, а мама, вместо того чтобы помогать ей, «таскается» с Роланом на съемки.

В детстве я действительно много болел, но не думаю, что присутствие мамы принесло бы какую-то реальную помощь. Если бы она не «таскалась» с Роланом, то моментально оказалась бы втянутой в орбиту бабушкиной тирании, из которой уже никогда не вырвалась бы.