Федор Раззаков - Страсть

Свою первую любовь Безруков пережил в юности: это было в деревне Лысково, что в 100 километрах от Нижнего Новгорода. Каждое лето Сергей приезжал туда к бабушке отдыхать. Именно там его мальчишеское сердце и пленила красавица Катя Чехлова, которая приезжала к родным из Нижнего. У них была очень трогательная любовь: с прогулками при луне, робкими поцелуями. Безруков чуть ли не круглосуточно пропадал дома у Кати, и если пацанам нужно было его найти, они шли именно туда. Когда лето заканчивалось и приходилось расставаться, их связь все равно не прерывалась: они писали друг другу добрые письма. Безруков посылал Кате в конвертах открытки с видами Москвы, листья с деревьев… И всегда прощался одинаково: «Целую, мой ласковый кутенок, твой Сережа». Так продолжалось несколько лет.

А летом 1989 года Безруков впервые не приехал в деревню. Потом перестали приходить и письма от него… Парня закрутила взрослая столичная жизнь. Так завершилась его первая любовь. Сейчас Катя уже замужем, у нее растет сын Андрей (кстати, приемного сына Безрукова тоже назовут Андреем).

В начале 90-х Безруков поступил в Школу-студию МХАТ, где вскоре стал одним из лучших учеников. А лучший – значит, популярный. В итоге девушки стали слетаться на Безрукова как пчелы на мед. А уж когда в 1996 году в возрасте 23 (!) лет он отхватил Государственную премию России за роль Сергея Есенина, которую сыграл на сцене Театра имени Ермоловой, тут вообще началось что-то несусветное – число поклонниц выросло в геометрической прогрессии. Между тем, все романы Безрукова той поры были из разряда мимолетных, типа «поматросил и бросил». Живя по принципу «чем больше, тем лучше», Безруков не утруждал себя никакими обязательствами перед девушками: легко сходился и так же легко расходился с каждой из них.

Однако в 96-м Сергей внезапно надумал жениться на девушке, с которой встречался уже больше года. Но его отговорил отец. Он нарисовал сыну мрачную картину того, как тот будет вынужден ездить на гастроли и сниматься в сериалах, чтобы зарабатывать деньги для семьи. «Главным для тебя станет не искусство, а добывание денег», – сказал отец. И убедил сына повременить с женитьбой. А потом Безруков и сам порвал со своей невестой – решительно и бесповоротно. Как заявил он сам в одном из интервью в мае 97-го: «Я решил окончательно вырвать эту девушку из сердца. Я не ожесточился, но так надо было… Я недавно ездил к бабушке под Нижний Новгород и встретил там очень хорошую пятнадцатилетнюю девочку. Так что у меня есть еще возможность года три погулять…»

Увы, но той девочке из-под Нижнего тоже не суждено было связать свою жизнь с самым молодым лауреатом Госпремии России: спустя несколько месяцев после этого интервью Безруков серьезно увлекся другой женщиной, которая впоследствии и стала его женой. События разворачивались так.

Летом 97-го режиссер Иван Дыховичный пригласил Безрукова в свою картину «Крестоносец-2». И, хотя Сергей снимался еще в первом «Крестоносце» и вдобавок его герой там погибал, Дыховичного это не остановило – Безруков играл у него уже другого персонажа.

В один из теплых летних дней Безруков приехал на «Мосфильм». Приехал самоуверенный, наглый, франтоватый (незадолго до этого он даже высветлил волосы, чтобы стать блондином). С девушками из съемочной группы вел себя соответствующе – пронизывал их своим взглядом-«сканером», заставляя многих из них тушеваться. Точно так же он поступил и с актрисой Ириной Ливановой, которая была приглашена в фильм на одну из главных ролей. Но прежде чем продолжить рассказ дальше, следует хотя бы вкратце рассказать о тогдашней ситуации в семье Ирины.

Вот уже почти восемь лет она была замужем за актером Игорем Ливановым. Поженились они в конце 80-х, вскоре после того, как у Игоря случилась трагедия: летом 87-го в железнодорожной катастрофе погибли его первая жена Таня и 8-летняя дочка Оля (они ехали отдыхать на родину к родителям Тани). По словам самого актера: «Когда меня вызвали на опознание, единственной звучащей мыслью в мозгу было лишь сумасшедшее желание, чтобы хоть одно из двух опознаний не подтвердилось. Слишком много для одного человека – вот так сразу потерять двух самых любимых людей на свете! Мои молитвы не были услышаны: ни жене, ни восьмилетней дочке спастись не удалось…

Три дня меня не было, просто не существовало. Потом друзья силой вернули меня к жизни. Стал больше сниматься, много играл в театре. А часть жизни, связанная с моей семьей, словно заблокировалась в моем сознании. Я до сих пор не могу смотреть семейные фотографии. Знаю, где они у меня хранятся, помню, в каких альбомах находятся, но смотреть не могу.