Ван Гог. Письма

но, несмотря на все свое рвение, я был бы вынужден остановиться, если бы не ты…

Расскажу тебе, что я приобрел.

Во-первых, большой этюдник, вмещающий двенадцать тюбиков акварели и имеющий

двойную крышку, которая в откинутом виде служит палитрой; в этюднике можно держать

одновременно штук шесть кистей. Это вещь очень полезная для работы на воздухе и, по

существу, совершенно мне необходимая, но стоит она очень дорого, и я долго откладывал

покупку, а покамест работал, пользуясь блюдечками с краской, которые очень неудобны для

переноски, особенно когда приходится тащить с собой и другие предметы. Словом, это

прекрасная штука, и мне ее хватит надолго.

Одновременно я сделал запас акварельных красок, пополнил и обновил набор кистей.

Кроме того, у меня теперь имеется абсолютно все, что необходимо для работы маслом, а также

запас масляных красок в больших тюбиках (они гораздо дешевле маленьких). Но как ты

понимаешь, я и в акварели, и в масле ограничился лишь самыми простыми красками: красной,

желтой и коричневой охрами, кобальтом и прусской синей, неаполитанской желтой, черной и

белой, сиенской землей и, в дополнение к ним, чуточку кармина, сепии, киновари,

ультрамарина и гуммигута в маленьких тюбиках.

От приобретения красок, которые можно смешивать самому, я воздержался. Я полагаю,

что моя палитра практична и краски на ней здоровые. Ультрамарин, кармин и прочее

добавляются лишь в случае крайней необходимости.

Я начну с маленьких вещей, но надеюсь еще этим летом попрактиковаться углем в более

крупных этюдах, с тем чтобы писать потом в большем формате.

Поэтому я заказал новую и, надеюсь, лучшую перспективную рамку, * которую можно

устанавливать на неровной почве дюн с помощью двух подставок (см. прилагаемый рис.).

Я еще надеюсь когда-нибудь передать то, что мы видели с тобой в Схевенингене, –

песок, море и небо.

223

Я также решительно намерен уяснить себе с помощью пейзажной живописи некоторые

вопросы техники, знание которых, как я чувствую, понадобится мне для фигуры, А именно, я

должен разобраться, как передавать различные материалы, тон и цвет. Одним словом, как

передавать объем и массу предмета.

224

Должен сказать, что живопись маслом не кажется мне такой чуждой, как ты, может

быть, предполагаешь. Напротив, она мне особенно нравится, и нравится по той причине, что

она является мощным средством выражения. В то же время с ее помощью можно передать и

очень нежные вещи, можно сделать так, что мягкий серый или зеленый зазвучит среди грубых

тонов…

Но я придавал большое значение рисованию и буду продолжать это делать, потому что

оно – становой хребет живописи, ее костяк, который поддерживает все остальное.

225 note 12 Note12 15 августа 1882

В прошлую субботу вечером я принялся за одну вещь, о которой давно уже мечтал.

Это вид на ровные зеленые луга с копнами сена. Через луга идет насыпная шлаковая

дорога, вдоль которой тянется канава. А посредине картины на горизонте садится огненно-

красное солнце.

Я не могу передать такой эффект наспех, но вот посмотри композицию.

Весь вопрос сводился здесь к цвету и тону, к нюансам цветовой гаммы неба: сначала

лиловая дымка; в ней красное солнце, наполовину скрытое темно-пурпурным облаком со

сверкающим светло-красным краем; возле солнца отблески киновари, по ним полоска желтого,

переходящая в зеленый, а затем в голубой, так называемый небесно-голубой; затем то тут, то

там фиолетовые и серые облачка, на которые ложатся солнечные блики.

Земля – нечто вроде ковровой ткани в переплетающихся и переливающихся зеленых,

серых и коричневых тонах, и на этом многокрасочном фоне поблескивает вода в канаве. Это

нечто такое, что мог бы изобразить, например, Эмиль Бретон.

Затем я написал еще огромный кусок дюн – жирно и пастозно.

Что же касается двух остальных моих работ – маленькой марины и картофельного

поля, то, вне всякого сомнения, никто не догадается, что это первые в моей жизни этюды

маслом.

Сказать по правде, это меня немного удивляет – я ожидал, что первые мои вещи будут

из рук вон плохи, хоть и допускал, что со временем они станут лучше. Не мне, конечно, судить,

но, по-моему, они действительно удались, чем я несколько озадачен.

Думаю, так получилось потому, что прежде чем начать писать, я много рисовал и изучал

перспективу, чтобы уметь организовать то, что вижу.