Дэвид Бекхэм - Моя команда

— Нет, Виктория. Это я возьму номер у вас.

Она поковырялась в своей сумочке и вытащила оттуда посадочный талон на рейс до Манчестера, которым она прилетела сегодня утром. Записала на нем номер своего мобильника, потом зачеркнула его и дала мне вместо этого номер обычного телефона, который стоял дома у ее родителей. Тот драгоценный маленький кусочек картона все еще хранится у меня. Он показался мне настоящим сокровищем, и мне было ясно тогда, что я никогда не потеряю его. Но как только добрался домой, тут же нацарапал этот долгожданный номер на полудюжине листков бумаги и разложил в разных комнатах — на всякий случай.

Обычно в ночь после игры мне требуется целая вечность, чтобы лечь спать, а главное — заснуть: адреналин все еще продолжает прокачиваться через кровь даже пять или шесть часов спустя. В тот вечер я был еще более взбудоражен тем, что всерьез познакомился с Викторией. Но все-таки я, должно быть, в конечном итоге уснул и спал неплохо, потому что, насколько помнится, проснулся довольно поздно. И где-то приблизительно в одиннадцать утра взял заветный номер и набрал его. Голос на другом конце линии звучал в точности так же, как у нее, но поскольку полной уверенности у меня не было, я решил быть настолько вежливым, насколько мог: — Это Виктория? И очень хорошо, что я не сразу пошел в атаку. Это была ее сестренка, Луиза.

— Нет. Она в спортзале. А это кто? Я попрошу ее перезвонить вам.

Каждому доводилось быть подростком. Влюбленным подростком. Но я уверен, что есть куча людей, похожих в этом смысле на меня, — тех, кто и в двадцать с лишком все еще остаются в данном вопросе малость мелодраматичными: «Стало быть, она пошла позаниматься гимнастикой и на тренажерах? Знаем мы такие штучки; весь этот спортзал всего лишь означает, что мне дают отставку и не желают со мною разговаривать, не так ли? Подучила сестру подойти к телефону и сказать, что ее нет дома». Я был не в состоянии стоять и повалился на пол, стуча по нему кулаками, — такие вот чувства на меня накатили. Мне было ясно, что мы с Викторией должны быть вместе. Но, возможно, она этого не понимала, и теперь все шло не в ту степь, куда надо. В общем, я просто уселся на кровать и сидел, тупо уставившись на телефон. Сколько? Полчаса? Час? У меня было такое чувство, что не меньше недели. А потом эта штуковина зазвонила. — Дэвид? Это я, Виктория.

Мы продолжили с того места, где остановились в прошлый вечер на «Олд Траффорде». Я испытывал ощущение, что мы оба говорим неизвестно о чем, стараясь найти в себе силы и нервы, дабы сказать именно те слова, которые действительно хотелось произнести. Я уже спрашивал ее однажды об этом в Манчестере, но теперь снова вернулся к тому же вопросу:

— А что вы делаете сегодня попозже?

— Ничего.

— Я сейчас в Манчестере, но сей момент выезжаю к вам. Мы могли бы куда-нибудь пойти.

Пять часов спустя я был на мойке в Чингфорде. Первоочередное надо, как известно, делать в первую очередь: машина должна выглядеть наилучшим образом. Мне не дано было знать, произведет ли на Викторию впечатление мой новый синенький BMW M3 с откидным верхом, но я не имел права упускать ни малейшего шанса. Я вычистил свой кабриолет до блеска, потом пропылесосил, так что к тому времени, когда мне удалось добраться до мамы, сам я смотрелся хуже и грязнее, чем выглядел мой автомобиль после достаточно дальней дороги. Мама знала, что я на «Олд Траффорде» выцыганил у Виктории номер ее телефона, и, думаю, она сразу сообразила, куда ветер дует, едва только я появился на пороге. Она не испытывала особо теплых чувств ко всем этим «Спайс Герлз», но слишком хорошо знала меня, чтобы пытаться отговорить от задуманного. Вообще-то я человек такой же мягкий, как и она, но уж если моя душа чего-то пожелает всерьез, то я становлюсь ничуть не менее упрямым, чем отец.

— Хорошо, Дэвид. Это тебе решать, — сказала она. Мама знала с самого начала, что у нее нет и не будет никаких шансов повлиять на мои намерения. Мне понадобилась абсолютно чистая, ненадеванная одежда: белая футболка, бежевая куртка, кроссовки фирмы «Тимберленд» и джинсы от Версаче. Все это выглядело так, словно я подбираю себе костюм на самое важное мероприятие, какое только можно представить. Я позвонил своей звездочке, и мы договорились встретиться на автобусной остановке около «Замка» — страшно шикарного клевого местечка в Вудфорде, которое мы оба знали. Позже выяснилось, что не очень давно мы оба были в этом пабе, причем точно в одно и то же время, но как-то не осознавали этого и не заметили друг друга.