Алан Клейсон - Ринго Старр

Не способные на такие подвиги в конце восьмидесятых, Ринго и его супруга пытались покончить с пьянством, прибегнув к внешнему контролю, однако, в отличие от полузабытого Нильссона, экс–битлу для этого, помимо комплектов запасного белья, нужны были разного рода фальсификации, подложные имена и тайные свидания. Без этих предосторожностей вокруг частной клиники на следующий же день собрались бы толпы зевак и журналистов. Именно по этой причине Ринго даже не пытался обращаться в клинику в Англии, где «находчивые» писаки могли запросто переодеться в форму персонала, чтобы получить материальчик для очередной сенсации. Вместо этого в октябре 1988 года он и Барбара отбыли на лечение в эксклюзивный реабилитационный центр в Аризоне, в двадцати милях труднопроходимой скалистой местности от ближайшего города.

Возможно, в том, что завеса секретности была приоткрыта, был виноват сам Ринго: «Я сошел с трапа самолета в аэропорту Туссона пьяный в дым. Я пил всю дорогу, и, когда самолет приземлился, я был уже никакой. Я думал, что меня везут в сумасшедший дом».

Притворяться дальше не имело смысла — заголовки газет говорили сами за себя: «Ринго и его жена в алкогольном угаре!», «Ринго напивается и бьет свою жену!!», «Стыд и позор сумасшедшему битлу!!!», «Порочная тайна Старра!!!» Одна из карикатур в местном таблоиде изображала Ринго, который везет своих друзей на пьянку. Ха–ха. Очень смешно.

Из клиники Ринго позвонил Дереку Тэйлору, чтобы тот уладил неприятности с прессой, но тот опоздал: одна из газет уже напечатала случайное замечание Джорджа Харрисона: «Я очень рад, что он наконец–то пытается избавиться от своей проблемы». В воскресном номере газеты приводились пессимистичные прогнозы Тони Бэрроу о том, что у Ринго нет никаких шансов победить алкоголизм.

В течение пяти недель добровольного заключения Старки — которым не разрешалось спать вместе — боролись со своими внутренними конфликтами. Когда, просыпаясь посреди ночи в холодном поту, они отбивались от вихря зловещих призраков, грозивших унести их с собой во тьму, помощь была на расстоянии вытянутой руки — достаточно было нажать на кнопку вызова персонала.

Если особо любопытные донимали ее расспросами о том, как проходит лечение знаменитых пациентов, вице–президент клиники Джуди Шиб туманно отвечала: «Миннесотский метод»; из ее слов было понятно, что «это болезнь разума, тела и души. Мы помогаем людям справиться с их собственными чувствами, и они начинают понимать некоторые из причин, почему они не хотят принимать жизнь таковой, какая она есть. Мы просим их задуматься о том, в каком окружении они выросли и как это окружение могло повлиять на их взрослую жизнь». Действительно, что же еще могло довести Старра, который впервые «напился в стельку» в 1949 году, до жизни такой?

«Через неделю я понял, что мне здесь пытаются помочь, я знал, что я болен, и делал все, что от меня требовали», — рассказывал Ринго.

Кроме консультаций — в основном от тех, кто уже вылечился, пройдя через эту клинику, — в лечение входили детоксикация, обязательные упражнения и групповая терапия. Кроме того, обязательными условиями были воздержание от секса и нахождения за пределами территории центра. Внешне все это походило на тюремное заключение, однако Ринго спокойно подчинялся установленному режиму:

«Я знал, что здесь мне помогут, поэтому не собирался никуда уходить».

Теперь, когда они пересмотрели свою жизнь, Ринго и Барбара знали свои «уязвимые точки» — людей, места и обстоятельства, которые наиболее способствовали тому, чтобы они снова «втянулись». Если желание выпить было невыносимым, они могли набрать номер Общества анонимных алкоголиков «в любое время дня и ночи и сказать: «Я не могу удержаться». Порой задумываешься, как прожить эти двадцать четыре часа в сутки, но, оказывается, жить реальностью так просто. Нам вернули наши жизни».

Многие из бывших друзей были исключены из круга общения Ринго:

— Если кто–либо из них не может общаться со мной, если я не «под градусом», что ж, мне жалко тратить на него время: для меня жизнь важнее, чем все эти дружки, готовые появиться всякий раз, когда мне хочется выпить.

Строго придерживаясь трезвого образа жизни, он и Барбара старались уходить с вечеринок до полуночи, как раз тогда, когда «все начинают набираться» — конечно, кроме тех вечеринок, которые они устраивали сами. На праздновании первой годовщины трезвости в Каннах за супругов поднимали бокалы с фруктовым соком. Они всегда были алкоголиками, но, как заявил Ринго, «я намереваюсь больше никогда не пить».