Алан Клейсон - Ринго Старр

Гости в этом временном жилище Старра могли насладиться крепким напитком перед каминной решеткой или — если они желали размять ноги после долгого путешествия на машине — оглядеть стены, увешанные фотографиями в рамках, платиновыми дисками и прочими реликвиями из выдающегося прошлого хозяина дома. Для тех, кто был не прочь помолотить, в игровой комнате Ринго поставил барабанную установку.

Ему самому больше не нужно было сидеть за ударными — или петь, раз уж на то пошло, — так как в 1976 году истекал срок его девятилетнего контракта с EMI. Проще всего было сделать так, как поступил Леннон, и «взять отпуск на год, без всяких обязательств. Эти двенадцать месяцев он принадлежал исключительно самому себе, чего у него давненько не бывало». Компания, однако, предложила Рино — через Хилари Джеррард — заманчивую сумму, чтобы вновь подписать с ним контракт (хотя и намного меньшую, чем предлагали другие лейблы), поскольку в Штатах на Старра все еще был высокий спрос. На выжженных улицах Монте–Карло — да и во всей Европе — «люди узнают его и показывают пальцем, — отметил Пол Мейсер, — но они не гоняются за ним, чтобы получить автограф, как это было раньше. Давайте посмотрим правде в глаза, он уже не та молодая и сексуальная поп–звезда, разве не так?».

Естественно, те времена ушли безвозвратно. Хотя он носил серьги в ушах и брил голову наголо, вдруг ставший радикальным NME окрестил Старра и все поколение шестидесятых «поп–динозаврами». Если «Sex Pistols» называли «The Beatles» «ливерпульскими уродами» и даже уволили Глена Мэтлока за любовь к великолепной четверке, то большинство из ранних выступлений группы на публике были — особенно это касалось Леннона — намного более эпатирующими, чем поведение многих новоиспеченных панк–команд. Свою признательность «The Beatles» последние выражали тем, что переигрывали многие их хиты: «Help!», «I Wanna Be Your Man», и «Twist and Shout»; их, соответственно, исполнили «The Damned», «The Rezillos» и «Siouxsie and the Banshees». He менее популярным течением, чем «традиционный» панк, был так называемый «пауэр–поп» (панк без подчеркнуто грубой манеры поведения»), «великой белой надеждой» этого стиля были веселые и привлекательные «The Pleasers», пропагандисты «темзбита» в серо–голубых костюмах, которые любили трясти гривами и издавать радостные вопли. Рик Баклер, барабанщик «The Jam», и Рэт Скэбиз из «The Damned» признавали влияние Ринго Старра, тогда как Роуг Бест, который репетировал со своей « Watt Four» в подвале дома на Хэйманс–грин, получил несколько наставлений от своего старшего брата.

Однажды Пит предпринял очередную попытку «выбиться в люди»: вместе со своим «Combo» в обновленном составе он стал регулярно появляться на «битл–конвенциях» — мероприятиях, посвященных «The Beatles», ежегодно проводимых в различных городах мира. Эти собрания включали в себя выступления гостей, просмотр фильмов, экстравагантные выставки и, конечно же, концерты приглашенных групп, которые еще более откровенно копировали «The Beatles», чем «The Pleasers»: чего стоили барабанщики с большими носами и неулыбчивые соло–гитаристы, не говоря уже о кличках вроде «Walrus», «Cavern» (Пол Гэрриган был назван «лучшим битловским барабанщиком после Ринго») и «Abbey Road»; традиция подобных конвенций продолжается и по сей день — в 1990 году одна из них проходила в Adelphi Hotel в Ливерпуле. Свой Beatles Club появился и в Советском Союзе — Алан Уильяме даже заключил контракт с одной из его групп.

После фантастически успешного сезона в Everyman Theatre, «John, Paul, George, Ringo — and Bert» — стилизованный мюзикл о « The Beatles», написанный Уильямом Расселом, учителем средней школы Dingle Vale, переехал в лондонский театр Lyric. Пожалуй, наиболее трогательным моментом спектакля был эпизод, когда уволенный «Пит Бест» выходил на авансцену и печально напевал « With a Little Help From My Friends». Из числа актеров еще одного мюзикла «Beatlemania», который также шел в Вест–Энде, была сформирована команда « The Bootleg Beatles».

Поскольку EMI/Capital все еще принадлежали мастер–пленки « The Beatles», они решили возродить былую битломанию, выпустив в 1976 году двойной альбом «Rock 'n' Roll Music», включив туда самые энергичные хиты четверки; кроме того, в Штатах на отдельном сингле вышла «Got to Get You into My Life» — и разошлась огромным тиражом. Исходя из коммерческих интересов, компании не только не посоветовались с битлами, но даже не захотели принять их помощь в работе над альбомом; Леннону и Старру оставалось только молча возмущаться по поводу порядка песен, авторских отчислений (они не превышали те, что группа получала до 1967 года) и возмутительного оформления, из–за которого, по словам Ринго, «мы выглядели дешево, хотя дешевками никогда не были».