Оззи Осборн - Я — Оззи

Клёвый парень, этот Пит Мертенс. В натуре, клёвый.

После Outlands Cottage мы переезжали столько раз, что я даже не припомню всех домов. Оказалось, что моя жена больше всего любит покупать дома и обустраивать их. А поскольку это процесс длительный, мы всегда снимали другой дом, пока в первом шел ремонт. Примерно через три секунды после новоселья, Шарон уже скучает, мы продаем этот дом и покупаем следующий. Снова снимаем дом на время ремонта. И так было на протяжении десятилетий. Порою, мне кажется, что все заработанные нами деньги уходят на ремонт всех домов в Западном полушарии. Я как-то сказал Шарон, чтобы она пересчитала все эти дома, и у нее получилось, что за двадцать семь лет нашей совместной жизни мы жили в двадцати восьми местах.

Как я уже вспоминал, Шарон сперва не обращала внимания на мое пьянство. Когда я был под мухой, казался ей смешным, может потому, что она сама любила это дело. Но вскоре она передумала и взялась искоренять пьянство с таким же запалом, как и кокаин. Сказала, что раньше, после пьянки у меня было хорошее настроение, а теперь я стал злым. Но одной из множества проблем алкоголика остается то, что когда люди говорят ему, что это плохо, он обычно пьян. И продолжает пить.

Самое забавное то, что мне не нравится вкус водяры. Ну, разве что она смешана с фруктовым соком или какой-нибудь сладкой дрянью. Просто любил быть под мухой. Конечно, время от времени я наслаждался хорошим пивом, но никогда не ходил в паб, чтобы просто выпить, но обязательно нажраться до поросячьего визга.

Долгое время я пытался пить как нормальные люди. Ещё будучи с Телмой, поехал на дегустацию вин в выставочный центр Бирмингема. На Рождество там проходила продуктовая ярмарка или что-то в этом роде. Подумал: «Ё-моё! Дегустация вина — это похоже на то, что взрослый цивилизованный человек может делать без смущения». На следующее утро Телма спрашивает меня:

— Ну, и что ты купил?

— А, ничего такого — отвечаю я.

— Неужели? Совсем ничего?

— Ну, так. Может пару ящичков.

Оказалось, что я купил сто сорок четыре ящика вина.

Я был бухой, и мне казалось, что я покупаю сто сорок четыре бутылки. Во двор Bulrush Cottage въехала фура размером с танкер «Exxon Valdez» и началась разгрузка такого количества ящиков с вином, что я мог бы заполнить ими все комнаты до потолка. Я и техники вступили в неравный бой с бутылками, и он затянулся на долгие месяцы. А когда, наконец, осушили последнюю бутылку, мы отправились отметить это дело в паб.

По секрету скажу, с этим вином — то ещё жульничество. Ведь это обычный винный уксус плюс шипучка, независимо от того, что нам втирают дегустаторы. Я знаю в этом толк, какое-то время был владельцем винного погребка. Мы назвали его Osbourne's. Какая это была херня! Помню, однажды, спрашиваю оптовика:

— Объясните мне, что такое хорошее вино?

— Ну что же, мистер Осборн — отвечает она. — Если вам нравится «Blue Nun» за два фунта, это значит, что это хорошее вино. А если вы любите «Chateau du Wankeur» за девяносто девять фунтов, значит, это хорошее вино.

Я её не послушал. В то время заказом вина занималось мое второе я. Самое дорогое вино из карты только для того, чтобы нажраться. На следующее утро просыпался с бодуном за двести фунтов. Пока, наконец-то, не прояснил для себя кое-что в вопросе похмелья за две сотни: он ничем, бля, не отличается от бодуна за два фунта.

И только, когда Шарон узнала о том, что беременна, она всерьез взялась изменять мой стиль жизни.

Мы были тогда на гастролях в Германии.

— Что-то со мной не так — сказала она. — В последнее время мне как-то нездоровится.

Нетвердой походкой мне пришлось отправиться за одной из этих палочек-тестов на беременность. Если появлялся цвет, это означало, что у вашей девушки будет ребенок. Я не мог в это поверить, ведь несколько месяцев назад, у Шарон был выкидыш, после того, как на нее напала одна из собак ее матери. Ну и получил я тогда на орехи, так как находился у нее за спиной. Слышал рычание добермана и стоял как истукан, будто ноги вросли в землю, вместо того, чтобы броситься на пса и отгрызть ему башку или что-нибудь другое, что я должен был, на хер, сделать. В таких ситуациях веду себя как последний ссыкун. Я и понятия не имел о том, что она беременна. Только во время посещения больницы врачи сказали нам об этом.

Поэтому когда немецкий тест на беременность оказался положительным, я воспринял это серьезно.

— Давай сделаем еще один, так, для уверенности — предложил я. Цвет был таким же, как и раньше.