Карл Сэндберг - Линкольн

Радикал Джордж Джулиан предпринял первый губительный выпад. Он произнес речь, в которой представил войну как серию ошибок, главным образом со стороны правительства и главы государства.

В тот же день Уэллес, придя на заседание министров, застал Линкольна за чтением комических очерков Петролиума Нэсби.

Между тем все больше распространялись слухи, принимаемые на веру, что во время переговоров с конфедератами Линкольн на самом верху листа бумаги написал одно слово: «Союз», пододвинул лист к Стифенсу и сказал:

— Согласитесь с этим моим главным условием и тогда можете ниже изложить любые ваши мирные требования.

Отказ от Декларации об освобождении поднял у радикалов волосы дыбом.

10 февраля, во время рассмотрения палатой различных биллей, клерк объявил, что прибыло послание от президента. Немедленно были отложены все дела. Клерк начал чтение длинной серии документов, писем, донесений. Казалось, Линкольн специально выбрал самый подходящий момент. Клерк читал все: пропуск, выданный Блэйру для проезда в Ричмонд; письмо Дэвиса Блэйру, переданное потом Линкольну; ответ Линкольна Блэйру для передачи Дэвису; столкновение фраз «наше единое общее государство» и «наши две страны»; документы, предъявленные уполномоченными при переходе линии фронта; изложение их переговоров с Грантом; изложение переговоров Экерта с уполномоченными; письмо Линкольна Сьюарду, содержавшее три «обязательных» условия; приказание Гранту продолжать военные действия, несмотря на мирные переговоры; согласие Гранта с этим указанием; шифрованная телеграмма Экерта о провале переговоров; длинная депеша Гранта Стентону и изменение решения Линкольна; описание встречи в Хамптои-Корте с уполномоченными и переговоров, окончившихся ничем. Все вышеупомянутое, «содержащее, как можно надеяться, всю необходимую информацию», было почтительно предложено вниманию палаты.

Журналисты, сидевшие на галерее, отметили «абсолютную тишину», ничем не нарушенную до самого конца чтения послания. Ноа Брукс записал, что сотни людей, слушавших сидя и стоя, «внезапно окаменели». Вскоре депутаты начали обмениваться многозначительными взглядами и улыбками. Президент ни на один миг не потерял почвы под ногами, прошел через извилистый лабиринт, чреватый любыми неожиданностями, и вышел из этого испытания незапятнанным. «Когда чтение было закончено» и клерк с некоторой напыщенностью произнес подпись: «Авраам Линкольн», Брукс услышал «мгновенную и неукротимую бурю аплодисментов, захватившую депутатов; гости на галерее поддержали депутатов».

Уошбэрн предложил отпечатать 20 тысяч экземпляров послания. «Все лояльное население страны», несомненно, одобрит «мудрость и благоразумную осторожность президента Соединенных Штатов», выказанные им в этом деле.

В сенате не было такого торжественного представления документов, как в палате. Этому более важному и степенному собранию, облеченному правом ратификации международных договоров и контроля международных переговоров, была послана копия длиннющей ноты министра иностранных дел послу Адамсу в Лондоне с изложением переговоров в Хамптон-Корте.

Старый порядок уходил. Теперь в залы верховного суда был впервые допущен негр с правом выступать в практических делах перед этим высоким трибуналом. Шла отчаянная борьба по вопросу об организации Бюро помощи освобожденным и беглым. Билль давал президенту право назначать уполномоченных для контроля работы бюро, для распределения «брошенных земель» между неграми и для выдачи денег и припасов.

Однако над всеми текущими делами доминировал вопрос о признании законного правительства Луизианы, организованного год тому назад военным комендантом округа генералом Банксом под руководством Линкольна.

Оппозиция утверждала, что новые правительства на отвоеванных у южан территориях были «призраками», а не реальностью. Преемник Банкса генерал С. Херлбэт третировал новое правительство штата Луизиана. Линкольн написал Херлбэту, что его действия делают его союзником инициаторов раскола, и предложил ему изменить свою политику.

Чудовищным было то, что жена Линкольна просила Самнэра использовать свое влияние, чтобы не допустить назначения Банкса членом кабинета.

Весь январь и февраль палата обсуждала билль Ашли; его изменяли, возвращали для доработки в комиссии, сам Линкольн и Банкс считали, что нужно вычеркнуть параграф, предоставлявший неграм в округах, находившихся под эгидой временных местных правительств, право участвовать в качестве присяжных заседателей или быть избирателями. Пять раз билль поступал на обсуждение в палату и все же при окончательном голосовании не собрал нужного большинства.