Карл Сэндберг - Линкольн

— Пресса Севера утверждала, что Грант был пьян в боях под Донелсоном и Шайло. Это обвинение злостное, мерзкое и ложное. В бою не было более трезвого человека, нежели Грант.

— Ваши слова значительно облегчили мне задачу, — сказал Линкольн. — Ко мне часто приходят делегации с требованиями отстранить Гранта. Однажды пришла делегация, возглавляемая доктором богословия, заявившим протест против оставления Гранта на посту командующего. Я спросил у делегатов, не хотят ли они добавить что-нибудь к сказанному. Таких не нашлось. Я очень серьезно спросил: «Доктор, не можете ли вы мне сказать, где Грант достает напитки?» Доктор был озадачен, но все же ответил, что не может сказать. А я ему говорю: «Очень жаль, а то я уже хотел дать указание главному квартирмейстеру армии сделать запас этих напитков, с тем чтобы снабдить ими некоторых других моих генералов, не добившихся до сих пор ни одной победы».

Линкольн дружески хлопнул Тэйера по колену и, откинувшись на спинку кресла, рассмеялся. Линкольн как-то сказал Николаи, что во всей Америке, вероятно, только он, президент, единственный друг Гранта.

В июне Грант получил подкрепления, и у него стало не 40, а 70 тысяч солдат. Он захватил плантации Джефферсона Дэвиса и его брата Джозефа. Всех интересовало, сколько еще времени будет продолжаться осада Виксберга.

80-тысячная армия Ли шла по Пенсильвании. По его пятам следовала армия Мида, намеревавшегося остановить Ли и навязать ему бой. Своим дерзким маршем, угрожавшим безопасности северных городов, Ли надеялся заставить Линкольна и Галлека оттянуть войска Гранта с фронта. Это дало бы возможность Пембертону, командующему войсками в Виксберге, выскользнуть из семимильного кольца траншей, которыми Грант окружил Виксберг.

В осажденном городе в июне съели последнего мула. Пембертон, как и обещал, перешел на собак, крыс, стебли тростника и древесную кору. Солдаты в окопах еле держались на ногах, но Пембертон выполнял приказ президента Дэвиса: любой ценой удерживать Виксберг.

Негритянские части армии Союза впервые сражались с белыми конфедератами в бою под Виксбергом. Тысяча черных добровольцев с Севера защищала излучину Миликен на реке Миссисипи. Их атаковали 2 тысячи человек. Сражение в основном велось врукопашную. Когда вести о сражении достигли Севера, начались жестокие споры: одни стояли за, другие против негритянских полков. Резкие споры северян очень беспокоили Линкольна. Он сказал генералу Тэйеру:

— Враги за нашей спиной опаснее для страны, чем противник на фронте.

Ричмондское правительство не могло бы пожелать лучшего оратора в конгрессе, нежели Климент Валандигам из Дэйтона, Огайо. Он обвинял Линкольна в том, что он получил миллион солдат и половина их уже растаяла. Нужно ли продолжать войну? «Я отвечаю: нет, ни одного дня дольше, ни одного часа!» — кричал Валандигам. Он предлагал, чтобы солдаты воюющих сторон начали брататься и отправились по домам, а Вашингтону и Ричмонду незачем даже и договариваться об условиях заключения мира.

Более искусно действовал Вилбур Стори, издатель чикагской «Таймс» — газеты, в которую он вдохнул жизнь печатанием сплетен, сенсаций, лжи. Он сделал газету рупором крайних противников правительства Линкольна. В марте 1863 года «Таймс» писала, что «…преступления президента… дают достаточно оснований для привлечения его к суду, и каждый патриот с радостью узнает, что он будет наказан…». Несколько газет, в том числе и «Таймс», напечатали краткое сообщение: «Сын президента по имени Боб, юноша лет двадцати, нажил полмиллиона на правительственных контрактах». И это все. Каким образом он нажил эти деньги, на каких поставках, об этом ни слова, ни намека.

Бывало, что раздраженная толпа врывалась в редакции оппозиционных газет, ломала столы, машины, но травля продолжалась. Газеты подчеркивали изменения в линкольнском определении негров: в 1859 году он говорил «негры», в 1860 году — «цветные», в 1861 году — «мыслящая контрабанда», в 1862 году — «свободные американцы африканского происхождения».

«Обезьяний президент», «невоспитанный, непристойный клоун», — кричала «Интеллидженсер», газета южан из Атланты; а если поверить бостонской «Транскрипт», то генерал Роберт Ли собственноручно выпорол девушку-рабыню и полил кровоточащие раны солевым раствором. Обе стороны разжигали ненависть.

Демократы, сторонники заключения мира, получили свежий заряд энергии от вновь избранного губернатора Нью-Йорка Хорэйшио. Симура, пятидесяти трех лет, наследника огромного состояния. Он брил лицо, но оставлял бороду под челюстью. Он требовал покончить с «некомпетентными» вашингтонцами — им ни за что не спасти страну; он утверждал, что войну можно было предотвратить компромиссами. Декларация об освобождении есть нарушение конституции. Потребуется установление военной тирании, иначе не освободить 4 миллиона негров.