Григорий Абрамян - Мастер Триоль

Какофона поразил этот блеск. Он прошептал:

— Здесь будет моя королевская резиденция!

Первый, кто попался на глаза Какофону в Медном Замке, был Сак-Софончик — родной племянник всеми уважаемого дяди Саксофона.

Это был большой бездельник. Он целый день валялся на мягком, бархатном ложе и думал: «Как бы сделать так, чтобы ничего не делать?»

В один из таких моментов и появился Какофон: под мышкой — Партитура, в руках — крепкая дубинка, а на лице — свирепая решимость будущего короля.

Какофон уставился на Сак-Софончика страшными вращающимися глазами.

— Ты кто такой? — спросил он у Сак-Софончика.

Сак-Софончик весь затрясся от страха.

— Я… я… Сак-Со-офо-ончи-ик… ик… ик…

— Не смей икать в присутствии короля!

— Ко… ко… ко…

— Вот именно: я — король! А зовут меня Какофон. Ясно?

— Я… я… я…

— Что ты якаешь? — спросил Какофон, довольный тем, что нагнал на Сак-Софончика страх.

— Ну знаешь, ты мне надоел! — рассердился Какофон. — Сейчас я превращу тебя в деревянную трещотку.

К Сак-Софончику моментально вернулся дар речи.

— Пощадите! — взмолился он. — Я буду служить вам верой и правдой.

— Вот это другой разговор. А что ты умеешь делать?

— Я буду петь вам колыбельные песенки, — сказал Сак-Софончик.

Он достал было нотную тетрадь с разными мелодиями, написанными для него Маэстро. Но не успел даже рта раскрыть: Какофон стукнул его дубинкой по голове, выхватил тетрадь и изорвал её на мелкие кусочки.

— Только посмей ещё раз вспомнить о мелодиях Гармониуса! Мне нужна фальшивая музыка. Ясно?

— Ясно… — пролепетал Сак-Софончик.

— А кстати, ты умеешь фальшивить?

— Нет.

— Децима-ундецима! — прорычал Какофон. — Зачем ты мне тогда нужен? Сейчас я превращу тебя…

Сак-Софончик бросился на колени:

— Я не умею фальшивить, зато могу лаять, выть, визжать и хрюкать.

— А ну, хрюкни разочек, — с сомнением произнёс Какофон.

И Сак-Софончик захрюкал. Потом залаял, завизжал, закашлял, заухал. Словом, стал вытворять такое, что, окажись рядом его дядя, всеми уважаемый Саксофон, то он лопнул бы от стыда за своего племянника.

Но Какофон был доволен.

— Ай да музыка! — приплясывал он от удовольствия. — И откуда ты такой взялся?

— Только умоляю вас, — провизжал Сак-Софончик, — не рассказывайте ничего моему дяде…

— Ты мне нравишься, — перебил его Какофон. — Только выбрось из головы Гармониуса с его мелодиями, заодно и своего дядюшку. Не то я из тебя трубу самоварную сделаю.

— Я больше не буду.

— То-то же!

Какофон немного подумал и вдруг добавил:

— Хочешь стать моим первым министром?

— Ещё как!.. — поспешно согласился Сак-Софончик.

Он справедливо рассудил, что лучше быть министром, чем самоварной трубой.

Какофон положил на голову Сак-Софончика свою костлявую ладонь.

— Назначаю тебя первым министром королевства Всемогущего Какофона! — торжественно произнёс он.

В медных мозгах Сак-Софончика тут же пронеслось: «Вот когда я отдохну: заведу себе заместителя и буду ругать его за безделье!»

Какофон прервал сладкие мысли Сак-Софончика:

— Пора приниматься за дела.

— Слушаюсь, ваше прекакофонство! — как и подобает министру, ответил Сак-Софончик.

— Моему королевству нужно правительство, а мне самому — телохранитель, — заявил Какофон.

— Вашим телохранителем может стать дядька Цуг-Тромбон, — ответил Сак-Софончик.

— Почему?

— Он вопит громче всех.

— А ты сообразительный малый, — похвалил министра король. — Веди сюда — как его? — Цуг-Тромбона.

— Как, прямо сейчас? — пролепетал Сак-Софончик.

Откровенно говоря, Сак-Софончик побаивался громкоголосого и грубоватого дядьку Цуг-Тромбона.

Какофон угрожающе покрутил дубинкой:

— Я не привык повторять своих приказов!

— А если… он не согласится? — попятился к двери Сак-Софончик.

— Я ему голову оторву!

— Я, как первый министр вашего прекакофонства, — вкрадчиво начал Сак-Софончик, — не могу допустить, чтобы у моего короля был телохранитель без головы…

— Тогда тебе придётся допустить, что у короля останется без головы первый министр, — буркнул Какофон.

Этот намёк пришёлся не по душе Сак-Софончику, и он без лишних слов поплёлся исполнять приказ Какофона.

— Послушайте, — обратился он к Цуг-Тромбону, — вы не могли бы на минутку заглянуть ко мне?