Антон Кулаков - Нечего прощать[СИ]

— А я уж боялась, что ты меня ругать будешь.

— Ну что ты, зайчик мой, я бы тебя просто высек розгами в следующий раз. Хотя бы за то, что ты шлялась не пойми где в первом часу ночи.

— Родной, — сказала вдруг Рита, — а можно я обнаглею?

— Попробуй, — заинтересованно сказал Тимофей.

— Я покажусь тебе очень невоспитанной девочкой, если скажу, что не хочу ехать домой, потому что предпочту проснуться в твоей постели?

Тимофей от неожиданности чуть не поперхнулся соком:

— Это. Это. Это просто бесподобно, черт побери, — сказал он и расплылся в улыбке, — только умоляю тебя, давай мы придумаем моим домашним какое–нибудь разумное объяснение того, что я привез тебя в пять утра домой, уехав в три.

— По дороге к дому, — договорились? — Рита потянулась к Тимофею качая головой и вздергивая нос, — поцелуй меня, солнышко мое.

Тимофей выполнил ее просьбу и они отправились на стоянку под вокзалом, чтобы выехать в сторону дома. Между тем буря продолжалась. По такой вот погоде пришлось добираться до дома Гордеевых Антону и Андрею. Поскольку ни одно такси не захотело приезжать на Северодвинский. Потому они поплыли по тротуару, благо дорога шла на спуск.

— Я и представить себе не мог, что под дождем так прекрасно гулять, — сказал Андрей, — особенно с тобой.

— А я… А знаешь, что я сейчас сделаю? — сказал Антон?

— Что?

— А вот что!

Антон обнял Андрея, они остановились и стали целоваться под дождем, освещаемые тусклым светом уличного фонаря:

— Какой сладкий поцелуй, — сказал Антон, — я бы остался здесь навсегда.

— И подхватил бы бронхит, — ответил более рациональный на тот момент Андрей, — я люблю тебя, солнышко. Мне не терпится в тепло.

— Ну хорошо, — промяукал Антон и поцеловал Андрея еще раз, — тогда бегом.

Они ускорились и довольно быстро дошли до калитки, которую Антон открыл своим ключом. Увидев свет в гостиной он сильно удивился:

— Мне до ужаса интересно, кто там не спит.

— Может Тимофей? — предположил Андрей, — ему мог Женя позвонить.

— Наверное, ты прав, — сказал Антон.

Но они ошиблись. Не спалось Марине и Ирине. Первая пребывала в шоке от того, что Тимофей укатил посреди ночи по первому зову «этой девушки», а Ирина не понимала, как она умудрилась пропустить момент, когда все домашние поисчезали. Как позже выяснилось — Анастасия, Клара и Евгений уехали в театр, а Марина и Тимофей — в деревню за молоком и сметаной. В деревне они задержались на ужин, и умудрились немного застрять на дороге в колдобине. Вот такие приключения.

Появление Андрея и Антона, мокрых до нитки произвело на них еще большее впечатление:

— Что вы здесь делаете! — в ужасе спросила их Ирина.

— Бабушка, — сказал Антон, — мы честно все тебе расскажем, если ты дашь нам переодеться и развеситься на просушку.

За десять минут они были переодеты в чистые халаты и свежие носки (а как же без них). Усевшись на один диван и вооружившись чашками с чаем(мед+лимон+водка+колдрекс) они приступили к рассказу о кровавых событиях, развернувшихся на Северодвинской. Пересказ регулярно прерывался восклицаниями ужаса от Ирины и Марины, особенное впечатление на них произвело упоминание убийства произошедшего в парке:

— Никогда туда больше не пойду гулять, — сказала Марина, — я думала это тихое место.

Естественно, что в ответ она услышала, что милиция Северодвинского считала до сего дня так же. Завершив рассказ описанием ареста Носова, тем какой он омерзительный тип (в пересказе от Андрея с упоминанием желания его избить), и то, что Соня и Женя успокоились, напоили их чаем и пошли спать. Это немного стабилизировало поведение Ирины и ее некоторую панику.

К этому моменту на болтовню в гостиной пришла Клара, которую тоже удивила картина, увиденная на диване:

— Что вы здесь делаете, вы же у Андрея ночевать собирались, — сказала она.

И история о спасении Сони и Жени и аресте Носова была пересказана еще раз. Бабушки успели ее просмаковать, а Клара еще раз убедилась в том, что у нее, цитирую «замечательные сынули». Конец цитаты.

— Вот только что теперь с ними делать? — спросил Андрей, — ведь это надо решать как можно скорее.

— Им придется вернуться сюда, — вдруг выпалила Клара, отчего на нее уставились Марина и Ирина, — что вы на меня смотрите? Вы так мечтаете, чтобы девочка вернулась к папе–алкоголику и мамаше–шизофреничке? Вы в своем уме?

— Мама, — спросил Антон, — а кто будет с тетей об этом говорить?

— Мы с папой ее убедим, — уверенно сказала Клара, — здесь они дверь ломать не будут.