Антон Кулаков - Нечего прощать[СИ]

Девушка шла через толпу поглядывая на всех с нескрываемой ненавистью и отвращением. Что–то странное было в ее взгляде. Пока, наконец, Зина не поняла — этой девушкой была ее дочь Надя. Эти же черты лица, и те же длинные красивые вьющиеся волосы. Ее вели на казнь, а Зина была палачом.

Надя продолжала идти через толпу гордо вздернув нос. Но этот проход должен был кончиться рано или поздно — так и случилось. Тяжело ступая грязными ногами Надя поднялась на подиум, где была установлена гильотина. Девушка посмотрела на мать с омерзением и ненавистью. В следующий момент Надя плюнула матери в лицо. Зина отвернулась.

Наде развязали руки и установили их в колодки, а голову положили на деревянную часть гильотины. Зина развязала узел и подняла нож вверх. Тут она увидела Виктора Носова. Он стоял рядом и смотрел на Зину:

— Ну что, дорогая моя, ты будешь увеличивать грудь? Будешь? Будешь?

Зина проигнорировала его, натянула веревку и последний раз посмотрела на Надю. Та по прежнему смотрела на толпу с отвращением:

— Руби Гниду, — вопила толпа.

— Если ты не отрубишь ей башку, то они закидают ее камнями, — сказал сумасшедшим голосом Носов.

— Руби Гниду, — не унималась толпа.

Зина отпустила веревку. Нож сверкнул на солнце и быстро сорвался вниз и срубил голову Нади, которая упала вниз, а туловище еще некоторое время дрыгалось в последней судороге. Зина увидела катящуюся голову дочери и закричала.

…Она проснулась в своей постели и посмотрела на часы. Был час ночи.

Виктор Носов уже достал вторую бутылку виски и благополучно ее допивал. Ему было невероятно интересно, где бегает его жена во втором часу ночи.

Но судьба сама подкинула ему приключение. Позвонил детектив, который выслеживал Соню и Женю:

— Да, я слушаю.

— Мы их нашли, — сказал детектив, — это было трудно, так как все члены семьи вели себя очень осторожно. Но сегодня нам крупно повезло.

— Адрес! Адрес мне давай сейчас же!

Записав его на бумажке Виктор посмотрел на буквы, выключил мобильник и сказал в пустоту:

— А вот теперь посмотрим, кто кого, Анастасия Гордеева.

Виктор одним глотком опустошил остатки виски из бутылки и швырнул ее на пол. Надо собираться и ехать. Чем раньше он нанесет этим голубкам визит, тем проще будет застать их врасплох.

В голове его бурлило сейчас только одно — он покажет Гордеевой что он сильнее, и снова победит. Так же, как он победил тогда. Много лет назад. Ему ничто и никто не помешает повторить свой триумф

Клавдия Геннадьевна была прикручена к деревянным шпалам установленным вертикально. По подиуму, располагавшемуся на метр выше туда сюда ездила тележка с разложенными на ней инструментами. Оттуда же тянулся длинный и толстый шнур, подключавший к электросети огромный и мощный бур, для проведения хирургических операций на черепе.

Руки в перчатках осторожно сбривали с головы Клавдии волосы при помощи электронной машинки. То, что росло до недавнего времени у нее на голове и называлось прической легкими движениями пикировало вниз и либо опускалось на бетонный пол ангара, либо застревало где–нибудь на одежде Клавдии.

Воздух был пропитан сыростью. Сильно пахло эфиром. Руки смочили небольшую ветошь медицинским спиртом, после чего протерли лысую голову Клавдии, сиявшую посреди все этой адской конструкции. Вооружившись шприцем они воткнули ей под кожу иглу и ввели обезболивающее. Кожа головы начала неметь.

Клавдия вспомнила свой разговор с Виктором и то, как он обещал помочь и защитить ее, успокаивал. Вот каналья, — подумала она. Что тогда был таким, что сейчас не изменился. А казалось, что трагедия сможет переменить этого жестокого человека. Увы, он наступал на одни и те же грабли, а его проблемы регулярно возвращались бумерангом, хотя Виктор был уверен, что выбросил и забыл о них навсегда.

Руки вооружились скальпелем и провели поперек лысого черепа надрез около семи сантиметров, потом отмерив немного, продолжили надрез под прямым углом. Кожа разошлась, из под нее в разные стороны брызнула кровь. Боли Клавдия на этот момент еще не чувствовала.

Руки отогнули получившийся карман обнажив крышку черепа. Укрепив отогнутую кожу при помощи двух вилкоподобных инструментов началась расчистка черепа от крови и остатков мышц и кожи.

Потом в руки был взят бур, зажужжало его сверло и началось вскрытие черепной коробки. Именно на этом этапе Клавдию начал посещать дискомфорт. От работающего бура исходил сильный запах гари, от сверла шел дымок. Закончив линию, отстоявшую от разреза на сантиметр бур пошел перпендикулярно. Снова раздалось неприятное жужжание, а во рту Клавдии сложилось ощущение, будто работают бормашиной. Она всегда не любила визиты к стоматологу, они ее раздражали, были нахальными типами. Даже достаточной анестезией причиняли ей нестерпимую боль, с которой она не могла справиться.