Эшли - Ты знала

По дороге домой она уснула в коляске. Я давно уже не ощущала такую близость с вами и получала искреннее удовольствие. В ногах появилась небывалая легкость, каждый вдох приносил наслаждение.

Ты осторожно перенес Вайолет в кроватку. Я сняла с нее крошечные ботиночки, потом вернулась на кухню, чтобы прибрать беспорядок, оставшийся после завтрака, но ты удержал меня, затащил в ванную и включил душ. Облокотившись о раковину, я смотрела, как ты раздеваешься.

– Иди ко мне.

– Прямо сейчас? – Мне представилась засыхающая половинка авокадо, резиновая яичница на скороводке. Мы так давно не прикасались друг к другу.

– Давай же, мама .

Только я вошла в душевую кабину, как снизу раздался слабый голос. Вайолет начала просыпаться. Я потянулась к крану, думая, что ты захочешь пойти к ней, прежде чем она расплачется.

– Погоди, мы быстро, – возбужденно прошептал ты. Я послушалась. Голос Вайолет становился все более настойчивым, но ты не останавливался. Ты хотел меня больше, чем ее. С неприятным удивлением я обнаружила, что эта мысль меня заводит. Я прислушивалась к шуму воды, ожидая услышать отчаянныый плач дочери. Мне нравилось воображать, что ты ее игнорируешь, точно так же, как делала я. Мы кончили одновременно.

Ты выключил воду. Вайолет молчала, как будто знала, что ты скоро придешь. Ты швырнул мне полотенце, словно однокласснику в раздевалке; раньше тебе нравилось неторопливо вытирать меня насухо, это был наш ритуал. Снизу донесся тихий голос нашей дочери – бессмысленная мешанина звуков. Я представила, как она лежит на спине, задрав ножки. Ты обернул полотенце вокруг бедер, поцеловал меня в голое плечо и отправился к ней.

Пока я убирала остатки завтрака, ты приготовил нам горячие бутерброды с сыром, что-то напевая себе под нос. Вайолет сидела в высоком стуле, дрыгала ножками и раз за разом повторяла в ожидании твоего одобрения: Мама, мама.

1968

Этта не всегда была непредсказуемой. Временами она выглядела и вела себя, как полагается матери. Чувствовалось, что для нее это непросто: когда кто-то из соседских мамочек заходил поздороваться или Сесилия просила заплести ей косу, у Этты начинали дрожать руки. Никто ее не осуждал: на самом деле все уже давно сдались, тем не менее она не оставляла попыток вести себя нормально. Иногда у нее получалось, иногда нет, но Сесилия все равно тянулась к ней.

Когда Сесилия была в шестом классе, в школе устроили бал. Ей нечего было надеть – они не ходили в церковь и не приглашали гостей. Сесилия не особенно интересовалась нарядами, однако Этта пообещала сшить для нее красивое платье. Девочка не нашлась что сказать: мать никогда ничего для нее не шила. На следующий день Этта вернулась из магазина тканей и позвала:

– Сесилия, иди-ка взгляни!

Она разложила на кровати выкройки и несколько ярдов темно-желтого хлопка. Сесилия стояла неподвижно, пока Этта измеряла ее худощавую фигуру, столь непохожую на ее собственную. Материнские руки скользили по внутренним сторонам бедер, по тонкой талии, по плечам, но девочке казалось, будто к ней прикасается кто-то чужой. Этта записала мерки на салфетке и объявила, что платье получится сногсшибательным.

В чулане пылилась старая швейная машинка, оставшаяся еще от прежних владельцев. Этта поставила ее на кухню и пять ночей шила платье. Пять ночей стрекот старого механизма не давал Сесилии спать. По утрам весь стол был завален булавками и лоскутками. Этта спускалась вниз, прикладывала платье к Сесилии, окидывала ткань мутным взором. У нее в кои-то веки появилась цель, а в душе стало меньше места для гнева и скорби.

Рано утром в день бала Этта явилась к Сесилии в комнату с готовым платьем. Ворот и рукава были отделаны шелком, плиссированные складки на подоле идеально отутюжены.

– Ну, как тебе?

– Очень красиво, – от чистого сердца похвалила Сесилия. Это была самая прекрасная вещь, которой ей довелось обладать, и единственная, которую кто-то сделал для нее своими руками. Она представила, как войдет в класс и все девчонки будут завидовать ее наряду.

Сесилия сняла ночную рубашку. Молния у платья оказалась тугой, грубые швы царапали кожу. Ей удалось натянуть платье лишь до талии. Девочка подергала ткань, попыталась подтянуть повыше. Ничего не вышло.

– Надень рукава.

Сесилия согнулась, просунула руки в рукава и попыталась выпрямиться. Послышался звук рвущейся ткани.