1 ...6 7 8 10 11 12 ...29 – В Гарднере называют это Оазисом, там живут их умершие близкие, у чистого озера, в окружении спелых плодов.
– Я хотел бы, чтобы мой отец попал в такое место. И чтобы твои родители тоже.
Москва за пределами Садового Кольца вызывала удручающее впечатление. Будто не джунгли пришли в город, а наоборот. Многие здания утратили угловые очертания, превратившись в бесформенные скальные наросты, прошитые паутиной ядовитых корневищ и обросшие зелеными опухолями мха. Съеденные ржавчиной машины походили на окаменевших скелетов древних животных.
Интересно как бывает, думаешь, что все плохо, никакой надежды и просвета впереди, а потом случается нечто, переворачивающее все с ног на голову, и вдруг осознаешь – было не так уж и плохо раньше, и хочется вновь вернуться в то время, когда существовал хоть какой-то порядок вещей. Трехдневная война в Садовом Кольце изменила все. Кремль победил урок, но во время обстрелов серьезно пострадали водоустановки. Если раньше на каждый литр воды приходился один рот, то теперь три. И эти три рта бились друг с другом насмерть. Очевидно, что в такой ситуации старая экономическая система не могла больше существовать. Фляги потеряли ценность, превратившись в металлолом. В обиход вернулся естественный товарный обмен, единственной валютой, признаваемой всеми, стала чистая вода. Некоторые нашли в новых условиях настоящую свободу – время возможностей, другие – хаос и беззаконие, ведущие к деградации и полному вымиранию. Кто из них прав? Покажет время. И, судя по всему, самое ближайшее.
– Как думаешь, куда все твари подевались? – спросил Сема.
– В каком смысле?
Витька внимательно следил за обстановкой снаружи.
– Ну нет же их совсем, второй месяц как куда-то пропали. Будто вымерли.
– Скорее мы вымрем быстрее.
– Мы с тобой за два дня, что тут катаемся, ни одной не встретили. Когда такое видано было?
– Так это же хорошо.
– Ну да, только странно все это.
– Может, они просто сбежали. Надоело им с нами бодаться, вот и пошли искать пропитание в другом месте.
Сема помолчал и спросил:
– А, думаешь, есть это, другое место?
– Может и есть, Земля-то большая.
– Опер говорит, что люди только в Кольце остались, а весь остальной мир вымер. Мол, только русские люди такие умные, что научились воду производить, а остальные – тупые, «сели и умерли».
– Ему всегда виднее, – безучастно ответил Витька.
– Я тоже не верю, что выжили только мы. Так не должно быть. Человек сильнее любых невзгод. Уверен, где-то есть города, не с сотнями, как у нас, а с тысячами жителей. Возможно, там даже придумали лучший способ добывать воду, – Сема мечтательно вздохнул. – Хотелось бы посмотреть, как у них жизнь протекает, узнать, о чем думают, какие у них заботы. Да просто поболтать.
– Главное, чтобы они тебя, болтуна, не прирезали за то, что на их воду рот разевать будешь.
– Вот опять ты только о материальном, как будто людей ничего, кроме воды не интересует. Человек не тварь, ему в жизни нужно питать не только тело, но и дух.
– Я в этом очень даже смыслю. Между прочим, стихи Есенина люблю. Только как это поможет справиться с врагом? Книгами закидать?
– Мне же помогло, – Сема подмигнул и ухмыльнулся. – Тот бородатый оказался поклонником рока. Как только я про AC\DC заикнулся, мы сразу общий язык нашли. Я ему рассказал, что у меня полная коллекция альбомов в виниле, пригласил в Мид, вместе послушать. Он так загорелся, ты бы видел его глаза. Вот о чем я говорю, точки соприкосновения нужно искать в людях, а не в монетах. Мы редко смотрим в душу, а ведь ей неважно богач ты или бедняк, урка или сталкер, ей важна родственная связь, единая частота. И если наши души настроить на одну волну с другими, как рации, людей удастся объединить. Тогда откроется путь в светлое будущее.
– Ну и понесло тебя.
– Это отец мне говорил, может, в книжке какой вычитал или сам придумал, не знаю. У меня как-то отложилось в мозгах, вот и стараюсь придерживаться этой философии.
– Ладно. Врубай. Уже не знаю, что хуже, твоя музыка или болтовня.
Обрадованный Сема включил магнитолу, из колонок заревели электрогитары и писклявые надрывающиеся голоса.
Сема кивал в такт музыке, Витька в шутку присоединился к нему и не заметил, как сам увлекся.
– Вот черт!
Сема резко надавил на тормоза и вывернул руль. Пикап потащило юзом по грязи, подбросило на кочке, раскрутило и снесло к автобусу у края дороги. Кенгурин вспорол ржавый кузов, будто нож – бумагу. Из салона автобуса посыпались красные полупрозрачные шары размером с футбольный мяч.
Читать дальше