Все-таки подловато говорить это тому, кто только что сделал тебе предложение руки и сердца.
– Ого. Интересно, каково оно: чувствовать себя президентом соединенных гадючьих штатов?
Опа.
– Я думала, у нас есть границы, Фин. Красные линии. Ты не просишь меня перестать быть собой. Я не лезу к тебе с просьбами, чтобы ты завязал со своими не вполне законными делишками…
– Ах как мило с твоей стороны. Ну просто очень мило.
– А еще ты не просишь меня о замужестве. Так мы с тобой договаривались. Разве нет?
– Кушай свой сэндвич, – сказал мне Фин и вышел. Поговорили.
Даффи, посмотрев на меня собачьи-грустным взглядом, поплелся за ним.
Несколько секунд я себя ненавидела, а затем подкатилась на кресле к факсу и проворно прочла свиток из страниц, присланных мне агентом по факсу. Ничего кардинально нового я в них не обнаружила, кроме того что Вайолет Кинг жила, по всей видимости, в Пеории, то есть примерно в трех часах езды от меня. Поедая сэндвич, я прикидывала, что лучше – нанести ей персональный визит или ограничиться звонком – когда на тарелке под свиными ребрышками вдруг обнаружилось кольцо с самым крупным из когда-либо виденных мною бриллиантов.
Твою мать…
Я тут же поднялась, понимая, какая я все-таки была стерва, и прошлепала в гостиную как раз в тот момент, когда за окном по дорожке причаливал Гарри Макглэйд, а со двора в своем «Форде» отчаливал Фин, прямо через мой газон.
Я позвонила ему на сотовый, но он не взял трубку. Слезы брызнули быстро и бурно.
Я все еще рыдала, когда в дом, сняв дверь с сигнализации, вошел Макглэйд. Даффи, которого, по всей видимости, не пустили в «Форд», накинулся на него и, цокая когтями, приплясывал, виляя хвостом.
– Что это с Фином? Вид у него кислый. Твоих рук дело?
– Перед тобой… – шмыгнув носом, ответила я, – президент гадюк.
– Да ну. Гадючности в тебе и впрямь последнее время прибавилось. Но я бы не назвал тебя президентом гадюк.
– Спасибо, Гарри.
– Ты скорее властительница вселенной гадюк.
Я прошлепала на кухню и ухватила коробку с салфетками. Пустая.
– Или нет: лучше Годзилла. То есть здоровенная такая гадючина, что топает через города и топчет гадючек помельче.
В поисках салфеток я огляделась и увидела на столешнице Мистера Фрискерса. Он на меня шикнул.
Тогда я утерла себе нос рукавом и повернулась к Макглэйду:
– Слушай, а давай съездим с тобой в Пеорию?
– Ого. Не, мне нельзя. «Тесла» без подзарядки только двести миль потянет.
– Можно на моем поехать.
– А зачем тебе в Пеорию? Там что, какой-то конкурс гадючьей красоты? Хотят выбрать себе королеву в лице тебя?
– Да черт тебя побери, Макглэйд! Хватит уже!
Мистер Фрискерс, похоже, срезонировал с моими чувствами и с грозным шипением метнулся на моего партнера; секунда, и он прицепился к его груди. Макглэйд попытался его отодрать, но ход оказался заведомо ошибочным: кот прицепился еще сильнее.
Пес Даффи, возбужденный общим гвалтом, подбежал и прикусил Макглэйда за ногу.
Я завопила на Даффи, взглядом ища брызгалку, которую обычно применяю, когда Мистер Фрискерс ведет себя несносно. Она лежала возле раковины пустая (кот несносен большую часть времени).
– Слова о гадюке беру назад! – взмолился Маглэйд. – Спасай меня!
Я потянулась дать шлепка Даффи. Тот с опечаленным взором обдал струей брючину Гарри.
– А-а! Лучше бы он меня укусил!
Между тем я схватила Мистера Фрискерса за загривок и крутнула. Тот отцепился от Макглэйда и попробовал напуститься на меня, но я вовремя его выпустила. Тогда он шлепнулся на пса. Далее произошло то, что можно назвать « родео на бассед-хаунде ».
Пес взвыл и кругами понесся по кухне, а кот сидел, припав к нему, как матерый жокей.
– Я истекаю кровью, – подвывал Макглэйд. – Это ж моя новая рубаха. У тебя есть пятновыводитель?
В то время как он расстегивал рубашку, Даффи начал взбрыкивать, но короткие кривые лапы не были для этого приспособлены. Мистерс Фрискерс шипел и плевался, остервенело цепляясь за своего импровизированного коня и лупя глаза так, что того гляди выскочат. В итоге Даффи из-за своих мятущихся ушей не разглядел холодильника и на всем скаку в него влетел. Буммм.
Скачка таким образом прервалась, а Мистер Фрискерс с коня сиганул обратно на Макглэйда и вцепился как раз в тот момент, когда тот обнажил под рубашкой грудь.
– Соски́! – провопил он. – Мои соски, а-а!
Даффи, возбужденный сумятицей, подбежал и ухватил зубами ногу Макглэйда.
Читать дальше