Кэтрин Фолкнер - Гринвич-парк

Я снова открываю глаза. И говорю себе: «Ты лгунья. Ты лгунья, Хелен Торп».

Он, как обычно, опаздывает. Место встречи выбрал сам. Индийский ресторан на Черч-стрит в Сток-Ньюингтоне. Здесь столы накрыты плотными белыми скатертями, на каждом — свечка. На стенах — картины с изображением индийского штата Керала: рыбацкие сети на фоне оранжевого заката в Форт-Кочи, плавучие дома в зеленых заводях. В зале пахнет кардамоном и укропом. Из озаренного свечами святилища в углу на нас взирает Дева Мария. Снаружи по окнам струится дождь. У идущей мимо женщины ветер выворачивает зонт, и она, перегнувшись через лужу, запихивает его в урну.

Кроме меня, в ресторане посетителей нет, и, похоже, мое присутствие — источник облегчения для официантов. Удивительно юные, они опрятно одеты, как подростки, вырядившиеся на школьный выпускной бал. Со мной они исключительно учтивы: выдвинули для меня стул, по моей просьбе принесли красного вина. Наполняя бокал, они аккуратно наклоняют бутылку, обернутую в белую салфетку. Я быстро пью вино, отламывая маленькие кусочки от пападама. Лепешка хрустящая, еще горячая.

Наконец появляется Чарли. Лицо у него раскрасневшееся, мокрые кончики волос липнут к шее.

— Прости, Кэти.

— Он наклоняется и целует меня, но я торопливо отстраняюсь.

— Чарли, ты весь мокрый.

— Извини. — Он выпрямляется, оставив влажный след на моей щеке. — Чудесно выглядишь. — Чарли берет пападам, кусает лепешку и садится. — Умираю с голоду.

Вскоре он заказывает бутылку вина, еще лепешек и целую гору закусок, на которые я даже смотреть не хочу. Официант наконец удаляется, и Чарли обращает на меня взгляд.

— Что случилось? В чем дело? — спрашивает он.

— Ко мне приходили полицейские, — сообщаю я. — Сказали, что Рейчел пропала. Что ее не видели со дня вечеринки в доме Хелен и Дэниэла.

— Да, — хмурится Чарли, — знаю. Ко мне тоже приходили.

— Вот как?

— Просили составить список всех, кто был на вечеринке.

Динамики внезапно оживают, из них несется скорбная индийская песня. Я кручу в руках салфетку.

— Они все время спрашивали, когда я видела ее в последний раз.

— Да, и меня тоже. — Чарли ненадолго умолкает, сдвигая брови. — И что? Почему ты так смотришь на меня?

Плохая была идея прийти сюда. Почему мы не встретились где-нибудь в более укромном месте?

Принесли блюда, которые заказал Чарли. По мне, так слишком быстро, даже не знаешь что и думать. Меня в знак протеста аж выворачивает наизнанку при виде маленьких металлических чаш с кремообразными соусами и разными чатни огненных цветов.

— Выкладывай, — требует Чарли, когда официант отходит от нас подальше. — В чем дело?

— Когда я последний раз видела ее на вечеринке, — понижаю я голос, — она шла в подвал. С тобой.

— Стоп. Подожди. Я не ходил с ней в подвал.

Я пытливо смотрю на него.

— Не ходил! — Он буравит меня взглядом. — Честное слово, Кэти. Да, я спускался в подвал. Но один.

— Чарли, я видела, как она пошла туда. Она была в синем платье, и я видела ее со спины. Она шла за кем-то. Потом через десять минут я увидела тебя, и ты сказал, что наведывался в подвал. И весь был в пыли.

Чарли мотает головой.

— Да, я спускался в подвал. Но ходил туда один. Хотел посмотреть, что там настроили ремонтники, только и всего. А смотреть было не на что! Один сырой бетон. Я сразу вернулся. Взял пиво. Нашел тебя. Рейчел там со мной не было. — Он не сводит с меня пристального взгляда. — Это правда, Кэти. Зачем мне лгать?

Я знаю Чарли, убеждаю я себя. Он не идеален, но я его знаю. Знаю его лицо. Узнала бы, даже если б была слепа, если б пришлось ощупывать его в темноте. Я знаю, какое у него сердце. И всегда верила, что в душе он хороший человек. И теперь, глядя ему в глаза, я верю, что он не лжет. Но, может быть, я ошибаюсь?

— Постой. Ты сообщила полиции, что видела, как я спускался с ней в подвал? Сейчас ты это пытаешься мне сказать?

Я смотрю на него, а потом отвожу глаза. Бормочу:

— Не совсем.

— Что значит «не совсем»?

— Я была уверена, что это был ты. Подумала, что у тебя будут неприятности.

— И что?

— И я им не сказала, ясно? Умолчала, что видела, как ты спускался с кем-то в подвал. А теперь не знаю, что делать, черт возьми?

До сих пор не понимаю, почему я скрыла это от полиции. Само собой получилось. Я утаила не намеренно. Просто к слову не пришлось.

— Значит, вы видели, как она беседует с мистером Чарли Хаверстоком. И думаете, это было примерно в четверть девятого? — уточнил следователь.