Эрика О'Роурке - Диссонанс

– Неужели ты способна сдать его Латтимеру?

– Я буду делать то, что я поклялась делать – защищать Главный Мир. И ты тоже, если действительно хочешь стать настоящим Путешественником. – Сестра покачала головой. Лицо ее побледнело. – Что ж, пойду готовиться к завтрашнему Путешествию.

Заданному Латтимером, подумала я.

– У меня на завтра есть планы. Это связано со школой.

Я решила, что во второй раз ни за что не поставлю Саймона в дурацкое положение.

– Мы вернемся к обеду. Тогда и позанимаешься, – произнесла Адди и отправилась наверх.

Я же пошла в кухню. Монти, сидя за столом, с удовольствием поедал из вазочки мороженое, щедро политое шоколадным и карамельным сиропом.

– Ну? Что было нужно Латтимеру? – поинтересовался он.

– Он приходил, чтобы узнать, как мои успехи. И польстить Адди.

«Он шпионит за тобой», – хотела сказать я, но не сделала этого – предупреждение Адди было свежо в моей памяти.

– Ему что-то нужно, – заявил Монти и ткнул в мою сторону ложкой. – Похоже, он думает, будто ты – ключ к решению всех проблем.

– В таком случае он идиот! – резко бросила я. – Уж с Латтимером я как-нибудь справлюсь.

– Хорошая девочка. – Монти накрыл своей ладонью мою руку. – Но даже дураки опасны, когда они чего-то хотят.

На следующий день мы вышли из дома рано. Мама приготовила роскошный завтрак – французские тосты, яичницу с беконом – и на прощание крепко обняла меня, после чего отправилась в офис. Можно было подумать, что хорошая кормежка ликвидировала осадок после нашей вчерашней ссоры и даже воспоминания о ней. Отец к этому времени уже давно находился на работе.

Бледно-голубое небо напоминало огромный ледник. Неяркое солнце практически не грело. Мы прошли через портал около футбольного стадиона и принялись бродить по жилым кварталам. Между домами я увидела кладбище и невольно подумала о том, жива ли мать Саймона в этой параллельной реальности.

– Скажи, а терминальное эхо, которое мы видели вчера, существует в других мирах? – обратилась я к Адди.

– В некоторых – да. Но все они в итоге разрушатся. Они ненастоящие.

Однако Саймон, которого я видела накануне, казался вполне реальным, как и его скорбь и сочувствие.

– Люди-отражения могут умереть раньше, чем Оригинал, верно?

– Конечно. Это случается очень часто.

Значит, подумала я, вполне возможно, что в Главном Мире мать Саймона жива, а мое беспокойство было напрасным.

К этому времени Монти отстал от нас с сестрой примерно на полквартала. Поэтому, понизив голос, я поинтересовалась:

– А как насчет бабушки? Параллельные миры, где она побывала, отразили бы ее смерть, если бы она умерла?

– У нее нет отражений. В этом случае воспоминания о ней должны просто исчезнуть.

Я невольно поежилась. Значит, если я умру, те Саймоны, которых я встречала в отраженных мирах, ничего не заметят и не почувствуют. Или все-таки почувствуют? Ведь Саймон из Мира Пончиков меня помнил. Наверное, в случае моей смерти он бы недоумевал, почему я больше так ни разу и не появилась.

В этот момент Монти нагнал нас.

– Что это вы обе такие серьезные? – спросил он.

– Я читаю Дэл нечто вроде нотации, – сказала Адди. Ее откровенный ответ поразил меня – сестра была ужасной лгуньей и в подобных случаях никогда не говорила правду. – Дед, а ты знаешь, над чем работают папа с мамой?

– Тс-с-с. Это дело Совета. – Монти пренебрежительно взмахнул рукой.

– Но ты знаешь, о чем идет речь? У тебя есть какие-то мысли? – настаивала Адди.

– Мыслей у меня полно. Например, насчет того, чтобы перекусить. – Монти с упрямым видом выставил вперед подбородок. – Я в этой драке больше не участвую.

Адди разочарованно вздохнула и повернулась ко мне:

– Ну что ж, мы на месте, Дэл. Ты готова?

– К чему?

Мой слух не улавливал никаких звуков, похожих на гудение портала. Мы стояли около небольшого белого коттеджа с черными ставнями на окнах и красной дверью. Подоконники были заставлены сушеными тыквами и горшками с цветущими хризантемами. Забор из штакетника, окружавший строение, густо обвивали стебли гортензии. Ворота охраняла каменная лягушка.