Джонатан Келлерман - Жертвы

Не ожидавший такой реакции, мистер Баллу растерянно посмотрел на нее и продолжил.

– Как я уже рассказывал, сегодня утром, около десяти, мы прибыли сюда с Кэнди, чтобы привести в действие план.

– Кэндис Лагардиа, «Бижу Стейджинг», – негромко, безучастным тоном представилась женщина в коричневом шелковом топе.

– В общем, Кэнди привезла вагон всякой всячины, но сначала мы решили посмотреть на месте. И надо же такому случиться – кто-то уже начал обставлять уголок для завтрака. По крайней мере, так это выглядело. Мы подумали, может, у нас что-то напутали, не так поняли… Позвонили клиенту, но его на месте не оказалось. Позвонили по второму телефону – и попали на Мариссу.

– Папа не говорил, что дал кому-то мой номер, – вступила Марисса. – И я никак не могла понять, о чем они вообще говорят.

Баллу моргнул.

– В общем, Марисса захотела сама приехать сюда и посмотреть, что здесь творится. А когда увидела то, что уже увидели мы, то сильно расстроилась. – Он повернулся к девушке. – Мне очень жаль, но кто же мог знать?

Марисса посмотрела на меня.

– Я испугалась, потому что была здесь вчера во второй половине дня, приезжала посмотреть, всё ли в порядке у Сидни и Джаспера, и никакого этого дерьма здесь не было.

– Во сколько вы приезжали? – спросил я.

– Примерно от двух до шести. Мне еще захотелось пить, поэтому я заходила в дом за соком и точно заглядывала в кухню. Ничего этого не было.

– Следовательно, кто-то проник сюда после шести, – сказал я.

– Вы думаете? – Марисса ухмыльнулась.

– У кого есть ключ?

– У меня, у Эшли и у него. – Она указала на Баллу.

– И у твоего отца, – сказал тот, – поскольку клиент – он.

– Пусть так.

– У меня ключа нет, – добавила Кэндис Лагардиа. – Я вообще здесь в первый раз.

– Я звонила Эшли и папе. Они ничего не знают, говорят, это какое-то сумасшествие. Приготовить еду и оставить ее, на фиг, здесь? Что за бред? Кто мог такое сделать? Какой-то… извращенец. Вломиться, типа, заявить, мол, это мое…

Устами младенца…

– Я как всю эту жуть увидела, так ему и позвонила. – Взгляд Мариссы переместился на Майло. За ним последовали остальные.

– Вы, лейтенант, сказали ничего не трогать, вот все и стоит. – Мик Баллу снова посмотрел на часы.

– Кстати, по части декора сработали неплохо, – отметила Кэндис Лагардиа. – Вот только с продуктами так не делают. Продукты быстро портятся.

Я притворился, что не замечаю никаких невербальных сигналов, идущих от Баллу, Лагардиа и Мариссы. Все трое выглядели потрясенными. Я кивнул Майло.

– Спасибо за терпение. Дальше мы сами, – объявил он.

Вместе с Баллу и Лагардия мы вышли из дома и повернули к бронзовому «Ягуару». Лагардия направилась к белому «Инфинити», а Марисса Кори, далеко опередив всех, резво выскочила со стоянки на красном «БМВ», развернулась и, подняв облачко пыли, рванула к сторожке.

– Ух ты, гонщица, – сказал Баллу. – Так что, лейтенант, начнем?

– Пока еще нет, сэр.

– А когда?

Майло кивком указал на фургон криминалистов. Два эксперта уже вышли, достали свои кейсы и шли в нашу сторону.

– Ага. «Си-эс-ай – место преступления»?

– Да-да, как в этом сериале, – подтвердил Майло.

– Думаете, здесь действительно случилось что-то нехорошее? Я к тому, что там ведь и не было ничего, кроме продуктов. Может, это просто шутка такая?

– Не исключено, но проверить надо.

– Вы можете хотя бы приблизительно определить, когда нам разрешат войти?

Эксперты уже подошли к нам, двое молодых мужчин за двадцать каждый.

– Уголок для завтрака в конце кухни, – сказал им лейтенант. – Я сейчас буду, скажу, что делать.

– Так вы можете… – снова начал Баллу.

– Нет, сэр.

– У Кэнди очень плотный график.

– Буду иметь в виду.

– Рынок неустойчив, лейтенант, время решает все.

– До свидания, сэр. – Майло открыл водительскую дверцу «Ягуара».

– Вот дерьмо, – выругался Баллу. – Я-то думал, все будет легко и просто.

– Добро пожаловать в клуб, болван, – провожая машину взглядом, бросил Майло.

Мы вернулись к дому. Вышедшим оттуда Бинчи и Риду лейтенант сказал, что они свободны. Экспертам он поручил тщательно проверить сначала уголок, а потом и всю кухню. Один криминалист был высок и худ, второй – на голову ниже и еще худее. Объединяли их также щетинистые эспаньолки и очки.

– Огроменная площадь, – сказал Высокий. – Я бы предпочел бедненькую жертву в однокомнатной дыре.

– Не вижу никакой жертвы, старик, – сказал Низкий. – Нам здесь продукты надо проверить.