Келли Мур - Дом Эмбер [СИ]

Засунув фонарик под мышку в пару к толстовке, я наклонилась, чтобы поднять ящик. Когда я поднялась, полностью перегруженная, фонарик выскользнул и полетел мне под ноги. Я замерла в полном недоумении и беспомощная, с занятыми руками и как в замедленной съемке я наблюдала, как он откатывается от меня. Он остановился под наклонной крышей, и слабо светился в пыльной ловушке.

В окружившей меня темноте я поставила коробку, а затем опустилась на колени и оперлась на руки. Отчаянно желая, чтобы Джексон не решил вернуться как раз в этот момент, и чутко ощущая открытое и обнаженное место между плечами, я потянулась и наклонилась под углом потолка. Пальцы коснулись чего-то холодного и металлического, что заставило меня одернуть руку.

И тут погас свет.

Тьма нахлынула на меня словно водопад. Я почувствовала, что тону, как будто вместе со светом ушел весь воздух. Я попятилась и встала, слепо ища шнурок лампочки, подняв руки вверх и шаря ими по воздуху. Что-то нащупав, я пошатнулась и замерла.

Тишина звенела у меня в ушах, это напоминало жужжание, вздохи. Воздух как будто пульсировал. Как будто кто-то тяжело дышал.

Фу-фуф-фу-фуф-фу-фуф-фу-фуф

Звук раздавался впереди меня, из дальнего угла чердака.

Кровь превратилась в воду и рассыпалась, как будто внутри меня все покрылось льдом. Я замерла от звука этого дыхания. Все мои чувства усилились.

Теперь я могла слабо видеть — темно-серые накопления остатков древности, тонкий луч света, проникающий через единственное окно. Я прищурилась, чтобы попробовать рассмотреть получше. Может быть, я увидела бледную тень. Могло ли там что-то притаиться вне освещённой зоны. Может быть, оно сейчас наблюдает за мной.

Дыхание прекратилось. Поднялась мучительная тишина. Я замерла, прислушиваясь; я напрягала зрение. Я замерла в ожидании звуков с противоположного конца чердака.

Вместо этого услышала шаги позади меня, на лестнице.

Джексон.

С чувством дикого облегчения я повернулась. Но я прямо чувствовала, что дверь чердака была заперта. Джексон оставил её открытой. Я чувствовала, видела, что кто бы ни поднимался сейчас по лестнице, теперь стоял перед этой закрытой дверью. Стоял, не двигался, молчал. И не помогал.

Позади меня раздался звук скользящей по дереву цепи.

Я почувствовала такой холод, такое стеснение, что едва смогла вдохнуть воздух. Слезы потекли, словно кровь из уголков глаз.

Я заставила себя повернуться. Я заставила себя посмотреть.

В лунном свете стояла женщина. Свет бил ей в спину и было трудно рассмотреть её. Я видела густые кудри черных волос. Скрюченные мускулистые руки, бесформенный полупрозрачный халат. Она была неподвижна. Возможно, она была высечена из камня. По её локону пробежал паук, и я резко выдохнула. Я захотела заткнуть себе рот кулаком, чтобы из моего горла не вырвался крик.

Она заговорила. Голос был одновременно грубым, отрывистым, шипящим и мягким.

— Ты слушаешь? Ты меня слышишь?

Да, подумала я. Да, да, да. Я слышу тебя. Да.

— Ты знаешь, что меня нельзя запереть здесь. Ты знаешь, что я могу оставить это место, когда только пожелаю. Ты знаешь, что ты не можешь меня остановить.

Ричард говорил, что в доме водятся призраки. Ричард говорил, что Дейрдре держали взаперти. Мертвую, безумную Дейрдре. Боже мой, Боже мой, Боже мой.

Она склонила голову набок. Голос поднялся почти до крика.

— Ты думаешь, что ты в безопасности? Думаешь, я не могу причинить тебе вред? Могу. Я могу добраться до тебя. Я найду тебя в твоих снах.

За эхом этого крика я услышала, как из моего горла вырвался слабый стон.

— Не спи, — нежно пропела она, как будто для ребенка. — Нет, нет. Никогда не спи. Потому что теперь я там живу.

А потом она начала двигаться, она пошла на меня. Рывок цепей, шуршание одежды. И крик, который я до этого удерживала за зубами, наконец, вырвался на волю.

— Сара? — прокричал Джексон со стороны лестницы. — Сара? Что такое? Что случилось?

Я развернулась и побежала к двери. Луч от фонарика Джексона светил сквозь щель снизу. Слишком поздно я заметила, что дверь не была закрыта — она всё также была распахнута. Я ударилась о нее. Я начала падать.

Джексон поймал меня. Он опустился на пол, позволяя мне опереться на него, свернуться в его руках, устроиться у него на груди. Я чувствовала жуткую боль в области лба. Дрожащей рукой я прикоснулась к нему. Огромная шишка уже начинала проступать.

— Она была прямо позади меня, — прошептала я.